Не сговариваясь, мы вышли из машины он хитро поманил меня к багажнику машины. Там в открытом багажнике я увидел длинные топоры Праведной мести с резными топорищами и клейменными обоюдоострыми головками. Один топор взял я другой Гимениус. Мы, не сговариваясь, бросились к планшетам и принялись их крушить. Изничтожить, стереть, изрубить ересь и мракобесие, невежество и глумление над святой литературой и наукой. Соприкасаясь с топорами, планшеты перекашивались, гримасничая шипели и разваливались трухой разложившихся материалов.

Писатель и Корректор правили буквенный устой чужого бесстыдного и отвратительного мира, в котором волею судеб им пришлось оказаться. Никакие тьмецы, никакие чудовища, никакая неизвестность и опасность не могли остановить их естественной реакции, клятвы данные ими еще в университетах: беречь и хранить таинства символов, отвержено служить букве, тексту и писательскому делу, и противостоять невежеству и плоскоумию. Стирать ко всем чертям, каждого, кто посягнет на Святую Стезю Литературы, Науки и Языкознания. Один за другим планшеты исчезали, осыпаясь, а малые надписи дымились от одного только прикасания с топорами истиной Праведной Злобы, которыми мастерски орудовали Гимениус и Корректор.

Очищение заняло около часа, большинство мерзких надписей было разрушено, только самые большие плакаты на крышах зданий оставались не тронутыми. Вспотевшие и запыхавшиеся наши герои, наконец, опустили топоры и с довольными лицами подошли к автомобилю.

Гимениус снял очки, снимай тоже в них долго нельзя ослепнуть можно. Он бросил очки на землю и те сразу зашипели, соприкоснувшись с проклятой землей, рассыпались в прах, я повторил за ним.

Гимениус перегнувшись, склонился в багажник авто, а когда появился, на его правой руке была надета стальная сверкающая хромом перчатка украшенная изображениями львов и пантер, в левой руке Гимениус держал кевларовую сумку саквояж, в которой что-то слегка шевелилось.

— На закусочку — я дарю откусочку, вновь громко засмеявшись, Гимениус сунул руку в стальной перчатке в сумку и достал небольшую пожелтевшую книгу. Книга слегка извивалась и даже пыталась укусить Писателя за пальцы и только озлобленно елозила трехрядными желтыми клычками о сталь перчатки… Он наотмашь швырнул книгу в глубь квартала — Ну, а теперь поехали быстрей отсюда. Дальше клыкастый малыш здесь дочистит. И мы поспешили в автомобиль.

Текст в «Клыкастом Малыше».

При многократном увеличении книги напоминают жирных, извивающихся покрытых прозрачной слизью червей; именно поэтому человек, профессионально изучающий книги или просто много читающий, в простонародье называется «книжным червем».

Книги могут быть по-настоящему опасными; некоторые книги имеют обоюдоострые стальные, либо костяные, клешни, ядовитые шипы и щупальца. Почти все книги имеют маленькие черные глазки-бусинки и испещренные мелкими острыми зубками пасти. Книги разделяются на хищные и травоядные, сухопутные и водные, добрые и злые. Некоторые книги водятся буквально в каждом городе и поселении, другие встречаются крайне редко и хорошо маскируются. Книги обычно обитают в непосредственной близости от человека. Одни живут в домах людей, другие никогда не остаются в людских жилищах — такие книги называют дикими. Специальные службы отлавливают дикие книги, собирая их в книжных хранилищах, называемых библиотеками.

Книги не рекомендованы к чтению детям и лицам, злоупотребляющим алкоголем: общение с книгой для неподготовленного человека, невооруженного человека, крайне опасно. В противном случае, чтение может закончиться увечьями или даже гибелью читателя…

Рекомендуется читать книги в защитной решетчатой маске и специальных стальных очках. Многие книги обладают даром гипнотического воздействия: человек, зачитавшийся книгой, может слишком углубиться в чтение и потерять бдительность, тогда ему придется попрощаться либо с пальцами, которые с легкостью оттяпает ему книга, а в случае серьезного зачитывания и с головой…

Некоторые книги поддаются одомашниваю, и даже способны выполнять различные мелкие дела по дому: одни с удовольствием охраняют жилища людей в их отсутствие, наподобие сторожевых псов, другие гладят белье, пылесосят ковры, моют посуду; особо выдрессированные книги могут сидеть с малыми детьми, а уж самые талантливые способны выходить на улицу и делать мелкие покупки, могут купить пива, сигарет, ну, или хлеба. Дрессировке поддаются книги классических писателей, мистификаторов, фантастов и поэтов; книги более мелкого жанра, например, детективы и женские романы, способны исключительно кусаться и жалить. Книги такого толка литературоведы рекомендуют либо вовсе не держать дома, либо запирать в специальные клетки безопасности. Детские книги — особенно современных авторов — наиболее озлобленны; по официальной статистике наибольшее количество увечий люди получают именно от этих книг. Поговаривают на северо-западе был случай, когда одна такая детская книга не только целиком сожрала трех небольших детей, но и проглотила их сиделку, и дворника.

Книги разрешены к чтению на всей территории Российской Федерации. Книги можно читать днем в специально отведенное для этого время; время чтения книг устанавливает Конгресс Литераторов, Главный Федеральный библиотекарь подписывает специальный ежеквартальный указ «О Времени Чтения Книг и новые правила и особенности чтения в тех или иных условиях, тех или иных Книг».

Книги неотъемлемая часть жизнедеятельности человека, Книги имеют статус Священного Провидения. Каждый россиянин обязан прочитывать в неделю не менее двух книг, специальные службы Контроля над Чтением Книг следят за исполнением этот Святой обязанности каждого жителя России.