– Вот это передашь Дэйну, – на стол легла маленькая карта памяти и фотография. – Это главный штаб, где он сейчас должен быть. Запомни это место, возможно, тебе иногда придется там бывать.

Дрейк был свеж, бодр и деловит. Вот уж кто действительно все успевает.

– Потом можешь быть свободна. Я позвоню, когда выделю время для занятия.

– Хорошо.

Значит, внеплановый выходной. Отлично! Карта тут же перекочевала в карман, а фотография в руки. В дверь постучали. На пороге стояли незнакомые представители Комиссии, ожидая разговора с начальником.

Он уже, было, повернулся к ним, когда я задала важный, по моему мнению, вопрос:

– Дрейк, можно я еще одного кота сюда перенесу?

Точеный профиль обернулся в мою сторону лишь на секунду, показав саркастично приподнятую бровь. Пауза, затем последовал короткий взмах рукой, разрешающий действовать.

Я едва не сплясала на месте джигу. Нужно мотать отсюда, пока Великий и Ужасный не передумал.

Зато Клэр теперь точно не отвертится от переезда. Дело за малым – найти рыжика.

Не успел Дрейк дойти до двери, как я, хихикая, успешно растворилась из «реактора».

Оказавшись в собственной гостиной, я обнаружила, что все еще держу в руках фотографию, и тут же вспомнила про карту памяти и срочное поручение. Так, рыжики потом. Сначала нужно навестить штаб-квартиру Уровня Война и его пошловато-юморного начальника – Ёжика.

Вдохнув уютный запах собственного дома, в котором хотелось, но невозможно было задержаться, я перевела взгляд на фотографию.

Синхронные щелчки затворов послышались вокруг раньше, чем я успела открыть глаза.

– Спокойно! – взревел знакомый голос. – Всем убрать оружие!

Оказывается, это неприятно, когда на тебя смотрят черные круглые безжизненные глазки стволов. В количестве шести штук.

Мама….

Желудок скрутился в каменный узел.

Прищуренные мужские глаза за прозрачными антиосколочными масками, бронежилеты, громоздкие перчатки, сжимающие приклады.

Эльконто быстро разомкнул круг из одетых в черно-серый камуфляж солдатов и заголосил:

– Какие люди! Господа, это наш агент! Запомнить раз и навсегда и больше никогда не наставлять оружия.

Черные глазки по его команде потупились в пол. Дышать стало легче, создалась иллюзия, что мое тело стало гораздо целее, чем было, ведь его только что не продырявили во всех тех местах, куда смотрели прицелы.

Ф-ф-у-у-у-х. Нервы тут же сделались ни к черту, захотелось присесть.

– Всем выйти, у меня важный разговор с коллегой!

Слаженный топот тяжелых ботинок по направлению к двери, шуршание жестких рукавов, едва уловимый от одежды запах гари и дыма.

Когда все вышли, Дэйн закрыл дверь и махнул рукой на ближайшие кресло, стоявшее у пульта с миллионом больших и маленьких кнопок различной формы. Дав отдых ослабнувшим ногам, я огляделась вокруг.

Полутемный штаб был довольно большим. На одной из стен висела огромная карта, по-видимому, всего Уровня – прорисовка местности потрясала детальностью. Под картой находился стол с бумагами, длинными линейками, указками и пишущими принадлежностями, несколько стульев по его бокам, коробки и ящики, на одном из которых темной металлической поверхностью поблескивала винтовка.

Но главной достопримечательностью кабинета оказался огромный, как у космического крейсера, пульт управления и широкое от края пульта и до самого потолка окно, за которым висело низкое, непривычно-темное небо.

Дэйн, как и раньше, был одет во все черное: длинный плащ, джинсы, нательная водолазка, высокие ботинки. Колечко в ухе, заплетенная косичка сзади. Усевшись в соседнее кресло и сложив ногу на ногу, он с интересом уставился на меня.

На свет была поспешно извлечена карта памяти.

– Дрейк просил тебе передать вот это.

Эльконто одобрительно крякнул и протянул руку. Кладя крохотный кусок пластика на его ладонь, я невольно вспомнила Гулливера и лилипутов. Одним из последних сейчас чувствовала себя я. Большой он все-таки, командующий штабом…

– Это очень вовремя. Но неужто это все? А пачку печенья, чтобы чаю вместе попить?

Я невольно улыбнулась.

– Печенья пока нет.

За окном в отдалении что-то грохнуло – невидимая волна шевельнула стены и ударилась в окно. Я вздрогнула и посмотрела на улицу.