Таня обняла подругу за плечо.

— А ты представь, Тамара, что это на войне. И если бы тебе приказали сейчас идти дальше, пошла бы?

Тамара ответила плаксивым голосом:

— Откуда я знаю: пошла бы я или нет? Войну я только по кино да по книжкам знаю.

К девушкам подошел Петр Ефимович, внимательно-ласково вгляделся в потемневшие обветренные девичьи лица.

— Ну, девчатки, первая половина задания выполнена вами хорошо. Даже не ожидал. — Петр Ефимович обернулся к Тане. — Будешь еще прыгать, востроглазая, и строй нарушать?

— Не буду, — беспомощно улыбнулась Таня, стараясь изо всех сил сохранить бодрый вид.

— Ну, то-то… А то все норовила бегом да взапуски. И не пыжься, не задирай голову. Все равно вижу — устала. Ну, ничего, девушки, — отечески мягко добавил Петр Ефимович. — За ночь ножки поспят, отдохнут, а завтра сами домой побегут. Молодцы! Не отстали от ребят. Теперь марш на отдых. И если увижу, кто по станице будет разгуливать, лыжи завтра отниму и заставлю пешком домой идти. Прошу не проспать сигнал. Сбор по трубе здесь же в девять ноль-ноль… — И, пожелав лыжницам спокойной ночи, Петр Ефимович удалился.

Забыв о Тамаре и о том, где находится, Таня ищуще и беспокойно вглядывалась в группки расходившихся по квартирам лыжников.

«Но где же он? Где?» — думала Таня, все больше беспокоясь, что Юрий не подойдет и не скажет того, что хотел сказать…

Он подошел внезапно, словно вынырнул из-под земли.

Таня сразу приняла безучастный вид. Тамара жалобно захныкала:

— Ой, я не могу больше, Юрий Николаевич, что же не идет за нами председатель? Куда он ушел? Где вы расположились?

— Наша группа в Доме колхозника… Там, за углом, — ответил Юрий. — А вы? — спросил он Таню.

— Мы у председателя, — тихо ответила Таня и отвернулась.

Подошел Виктор.

— Ты где ночевать будешь? — обратилась она к нему, — Мы прямо заждались. Я спать хочу ужасно. — И она нарочито громко зевнула.

— Где я ночую? — весело переспросил Виктор. — Я хорошо устроился, сестричка. У меня всегда все в порядке. По-военному. — Он неопределенно махнул рукой. Глаза его как-то особенно весело блеснули. Только теперь Таня заметила поджидавшую невдалеке Валю.

— Спокойной ночи, Танюша! Утром я прибегу будить тебя, — тем же притворно-небрежным и веселым голосом проговорил Виктор и пошел.

Таня видела, как Валя быстро пошла ему навстречу. Две фигуры слились и пошли вдоль улицы, расплываясь в серебряном сиянии месяца.

«Она ожидала его. Они будут вместе», — подумала Таня, и ревнивое чувство шевельнулось в ней.

В эту минуту подошел председатель.

— Где вы тут, девчата? Извиняйте, дела задержали меня в совете. Айда ко мне!

Таня обернулась к Юрию. Он серьезно и, как показалось ей, печально и просительно смотрел на нее.

— Я провожу вас, — сказал Юрий.

— Не нужно, — всем существом чувствуя приближение какой-то важной минуты, испуганно попросила Таня. — Мы дойдем сами.

— Дайте мне ваши лыжи… и ваши… — обернулся он к еле двигавшей ногами Тамаре и, отобрав у девушек лыжи, молча пошел рядом.

Председатель о чем-то весело рассказывал всю дорогу, но Таня не слушала его.

У калитки председательского дома Юрий передал лыжи Тамаре, задержал Таню, не выпуская ее руки.

— Одну минутку… — тихо и настойчиво проговорил он. — Одно слово… Только одно слово.

Юрий подождал, пока председатель и Тамара скроются за калиткой, глубоко вздохнул, словно перед тем, как нырнуть.

— Вы можете рассердиться, прогнать меня, но… я шел сюда затем, чтобы сказать вам это слово… — глухим голосом заговорил он.

— Какое? — чуть — слышно спросила Таня.

— Я люблю вас, — тихо и раздельно произнес Юрий. — Вот и все, что я хотел сказать.

Приблизив к нему озаренное лунным светом, неузнаваемо похорошевшее лицо, Таня спросила строго:

— Это правда, Юра?

— Правда, — как-то слишком просто ответил Юрий и протянул к ней руки, но она отстранила их.

Он робко глядел на нее, а она уставила неподвижный взгляд куда-то в сверкающую лунным блеском высь, молчала. Луна поднялась еще выше: она стала совсем белой, как серебро, и снежное займище, отполированная поверхность закованной в лед реки отсвечивали под ее лучами, как слегка замутненное зеркало.