Наконец заскрежетали несмазанные замки, и стальная дверь распахнулась. Рахим приподнялся на жестком топчане и сел. Перед ним стоял тот, кого он надеялся здесь увидеть.

Судя по синей флотской форме и загадочной улыбке на сером лице, этот майор-ураец принадлежал к Урайскому разведывательному управлению.

– Я могу войти? – спросил гость.

– Конечно, проходите. Вот только не могу предложить вам стул – только соседний топчан.

Майор вошел и сел напротив Рахима. Затем сделал знак торчавшей из-за косяка физиономии, и дверь в камеру прикрыли.

– Итак, вы у нас примарский шпион?

– Так точно, сэр, – ответил Рахим. Он сразу взял интонацию подчиненного.

– Я видел ваше удостоверение. Оно показалось мне слишком новым.

– Это дубликат.

Майор молча кивнул. Затем достал из кармана небольшую коробочку, больше похожую на портсигар, и, перехватив взгляд Рахима, предложил:

– Вы жуете амфору? Угощайтесь.

– Нет, благодарю. Я даже не знаю, что это такое. Разновидность жевательного табака?

– Нет, – майор мечтательно улыбнулся. – Амфора – это амфора.

Он извлек из коробочки черный шарик с горошину величиной и забросил его в рот.

– Теперь я наверняка знаю, что вы настоящий примар. Вы не жуете амфору. И еще эти ботинки – у нас такие давно не носят. Слишком заужен нос, а сейчас в моде стиль «баттерфляй».

– Но ведь в Урайе не все следуют моде, – возразил Рахим, которого очень удивило замечание майора.

– Обычные люди – да. Им наплевать, они грубы и за своей войной ничего не замечают, но вы, агент военной разведки, просто обязаны выглядеть элегантно… Вы красивый высокий мужчина, настоящий полковник, и не должны забывать об этом… Кстати, как получилось, что вас захватили в плен? Вы ведь, кажется, не ранены?

– Меня не брали в плен. Я сам сдался.

– Патроны, что ли, кончились? Ну конечно кончились, вам же пришлось застрелить восемнадцать человек.

– Я сдался здесь, в полицейском участке. Пришел и сам сдался, – сказал Рахим, начиная терять терпение.

– А восемнадцать человек?

– Этого не было.

– Что ж, значит, эти умники из участка, как всегда, решили разом избавиться от всех нераскрытых убийств… – Майор достал из коробочки и положил в рот еще один шарик амфоры. – На что вы надеетесь, полковник Рахим? Вы разуверились в прежних жизненных ценностях? Или, может, ваша бабушка была урайкой и вы решили начать все с самого начала?

– Я уполномочен своим начальством предложить Разведывательному управлению сотрудничество к обоюдной выгоде.

– Звучит очень заманчиво и неожиданно. Как говорят у нас в закроечной мастерской, «лучше накладных карманов только приталенный пиджак».

– «Закроечная мастерская» – это что, кодовое название вашего отдела?

– Да какое там кодовое, – отмахнулся майор. – Закройщик я. Вольнонаемный Могли Шанцер. А мундир этот новый принадлежит майору Рудницки. Я всегда надеваю новые изделия, чтооы они немного осели.

– Но позвольте… мистер Шанцер! – расстроенно воскликнул Рахим, вскакивая на ноги. – Неужели, кроме закройщика, у вас некого послать к вражескому шпиону?!

– Представьте себе – некого, – развел руками Шанцер. – Время отпусков, поэтому каждый человек на учете… Следить некому, шифровать тоже некому. Агенты СИБ гуляют по городу, как у себя дома.

Рахим хотел сказать что-то еще, но не нашел слов и бессильно опустился на топчан.

«Против кого же мы так долго воюем, если урайцы такие идиоты?» – с недоумением подумал он.

– Генерал Лесгафт приказал мне доставить вас в наше управление, – наконец сказал закройщик. – Машина ждет на улице, так что поспешим.

– Поспешим, – согласился Рахим. Он поднялся и на деревянных ногах последовал за Шанцером.

– Верните полковнику его вещи, – приказал закройщик, подойдя к стойке дежурного.

– Пожалуйста, сэр, – учтиво ответил капрал и передал Рахиму его сумку.

– Так, деньги на месте… – сказал тот, проверив содержимое.

– А там и деньги были?! – чуть ли не хором воскликнули все полицейские, находившиеся в приемном отделении.

– Однако ножа не хватает, – заметил Рахим.

– Прошу прощения, сэр, ваш нож забрал для… обследования лейтенант Паппер.

С этими словами дежурный нажал кнопку вызова. Через прозрачную панель было видно, как лейтенант Паппер вышел из своего кабинета и направился в приемную посмотреть, что там еще случилось.

В руках его был тот самый нож, он на ходу резал им яблоко на маленькие кусочки и ел.

Войдя в дежурку и заметив майора, очень напоминавшего сотрудника УРУ, Паппер сейчас же перестал жевать и сделал попытку отбросить яблоко в сторону, однако это у него не получилось. Яблоко, ударившись о стену, выкатилось на середину комнаты.