– Слушай, друг, не надоедай! До складов двадцать часов лету.

– Как вы копаетесь, вам и двадцати мало будет!

– Есть! – вскрикнул Фаллер, доведя эффективность сцепления до семидесяти девяти процентов. Не желая упускать этот шанс, он включил максимальное торможение.

Корпус буксира затрясся от чудовищного напряжения, и даже внутренние переборки судна недовольно заскрипели, принимая на себя давление, которое стремилось скрутить корпус буксира в трубку.

– Мы тормозим! Мы все-таки тормозим! – обрадованно воскликнул Гинтар.

– Правильнее говорить – останавливаемся, – поправил товарища Фаллер. – Или уж говори только за себя…

Несколько минут неуправляемый грузовик еще тащил за собой упиравшийся буксир, но затем начал сдаваться и вскоре нехотя подчинился.

К моменту, когда сцепка стала медленно разворачиваться в сторону Платона-2, ее нагнала десятка «ливитов» капитана Батисты.

Если бы у грузовика работали двигатели, пушки истребителей пришлись бы как нельзя кстати – с их помощью обычно разбивали сопла и лишали судно полноценной тяги. Однако на этот раз обошлось без стрельбы.

– У вас все в порядке, «захватчик»? – поинтересовался Батиста.

– Да, командир. Мы его держим.

– Кто там еще в эфире, немедленно представьтесь! – Это снова был дежурный навигационной станции, однако его уже никто не слушал.

Нику Ламберту пришлось ждать целых сорок минут в парке ремонтного дока, пока доставленный грузовик не залатали на скорую руку и не подали внутрь него воздух.

Только после этого команда спасателей сумела пробраться в капитанскую рубку, где и были обнаружены все члены команды.

– Какое счастье! – закричал небритый человек, скорее всего капитан судна, когда, сорвав домкратом дверь, в пилотскую кабину вошли люди в ремонтных скафандрах.

Старший команды спасателей первым снял шлем и недовольно поморщился – от собравшихся в небольшом помещении людей изрядно воняло. Некоторые из них были в беспамятстве, но, когда внутрь кабины стал поступать свежий воздух, люди, измученные почти трехсуточным кошмаром, начали приходить в себя.

– Что там у вас, Войцех? – раздался в наушниках старшего спасателя голос майора Пратчета.

– Кажется, вся команда уцелела, сэр. Они едва не утонули в собственном дерьме, но теперь уже приходят в себя. Нам нужны носилки.

– Сейчас все будет. И… одним словом, генерал сам желает осмотреть судно. Это безопасно?

– Заплатки держат хорошо, и никаких утечек мы не заметили. Химические датчики ничего не показывают, радиация тоже в норме. Так что ничего страшного, сэр, если не считать некоторой вони в пилотском отсеке…

– Хорошо, Войцех. Жди медиков и генерала… – Сказав это, майор посмотрел на сидевшего рядом Ника Ламберта.

– Вот и отлично, – произнес тот, поднимаясь. Вместе с ним поднялся и Бакстер. – Оставайся здесь, а мы с сержантом посмотрим, в чем там дело. Может, я встречу земляков. – Ник улыбнулся. – Думаю, команда набиралась с Бронтзее.

– Ясное дело, – поддержал Ника сержант Бак-етер. – Почти вся компания «Хубер Текнолоджис» базируется на Бронтзее.

Оставив майора Пратчета в диспетчерской ремонтного дока, Ник и Бакстер перебрались на пойманный грузовик. Здесь уже вовсю шли восстановительные работы, которые заключались в починке магистралей, и в первую очередь систем жизнеобеспечения.

– Что там? – спросил Ник у одного из рабочих, который менял коленце в холодном маслопроводе.

– Сэр? – не расслышал рабочий из-за шума одновременно включенных пил, сверлильных турбин и аппаратов контактной сварки.

– Что за этой дверью? – повторил генерал, ткнув пальцем в двустворчатую дверь с надписью «Объемы брутто».

– Не знаю! – пожал плечами ремонтник.

– Наверное, это вход в грузовой трюм, – предположил Баксгер,

– Меня интересует, что в нем. Судно загружено под завязку, это было видно даже по маневрам в доке… Ладно, пойдем в носовую часть. Где-то там должна находиться команда.

Пробираясь через нагромождения снятых со стен панелей и вентиляционных коробов, генерал и сержант имели полную возможность оценить масштаб повреждений судна, а также деловитость ремонтных бригад – рабочие сновали по коридорам судна, словно лесные муравьи.

– Я так понимаю, мой генерал, что судно хорошее и не сильно покалечено, – сказал Бакстер, когда они подходили к трапу, ведущему в машинное отделение. – Конструкционные элементы не повреждены, движки в норме, а перебрать изоляцию, обшивку и магистрали не так уж и сложно…