— Он действительно устранен, верно?

— Он больше не побеспокоит ни вас, ни вашу сестру.

Хонор резко повернула к нему голову:

— Откуда вы узнали, что моя сестра имеет отношение ко всему этому?

— Я расскажу вам и об этом за ужином. — Он бросил ей взгляд искоса. — Успокойтесь, Хонор. Я уже обо всем позаботился.

Ее веселая самоуверенность немного поумерилась.

— Вы обо всем позаботились? А я-то думала, что о Грейнджере позаботилась полиция!

— Так или иначе, он больше вас не побеспокоит.

— Знаете ли, Конн Ландри, у вас замечательный талант говорить загадками!

— Поскольку мои таланты довольно ограниченны, я стараюсь довести до совершенства те немногие, которыми обладаю.

— Подозреваю, что чувство юмора нельзя отнести к вашим немногочисленным доведенным до совершенства талантам.

— Вероятно, вы правы, — согласился он без малейшего огорчения.

— Жаль, — сухо посетовала она.

«Талант к вождению машины, очевидно, был одним из его немногочисленных талантов», — отметила Хонор, когда он парковал «порше» с изящной точностью перед небрежно элегантным маленьким ресторанчиком. Когда Конн открыл дверцу автомобиля и подал си руку, чтобы помочь выбраться и перевести через дорогу, она решила, что у него есть и еще один талант: он обладает способностью заставить ее чувствовать себя защищенной.,

«Для меня это странное ощущение», — размышляла она, усаживаясь за столик. Хонор никогда не осознавала, что нуждается или желает защиты мужчины. Чувство защищенности, знакомое ей только в детстве, исчезло, когда ей было тринадцать лет, и с тех пор она не вспоминала об этом и ни от кого не зависела.

Сдерживая свое любопытство, пока послушно делала себе заказ салата из брокколи и морских гребешков, Хонор выжидала удобного случая начать интересующий ее разговор. Когда к их столику принесли шардоне «Округ Сонома» после продолжительного обсуждения качества вина между сомелье и Конном, она решила, что ждала достаточно долго. Выжидательно улыбаясь, она глотнула прекрасного белого вина и повторила свою просьбу:

— Расскажите мне, что сталось с Грейнджером.

Ландри пожал плечами, протягивая руку к своему бокалу.

— Он вышел из тюрьмы. В конце концов, он закончит свою жизнь в тюрьме, но, видимо, не в этот раз вселится в нее окончательно.

Выжидательная улыбка Хонор исчезла.

— Вы сказали, что все в порядке, что вы с Грейнджером все уладили и что он больше не побеспокоит нас. Этого-то я и боялась, — продолжала она мрачно. — Пока он разгуливает на свободе, мне придется разыскивать его.

— Вы больше никогда не приблизитесь к этому мерзавцу. Я говорил вам, что ситуация под контролем.

Во взгляде Копна снова был холодный приказ.

— У меня нет выбора, — огрызнулась Хонор.

— Вы правы. Выбора у вас нет. Вы будете делать то, что я вам скажу.

— Вы и понятия не имеете о том, что происходит!

— Неужели? — Он задумчиво изучал ее застывшее лицо. — Я знаю, что ваша сестра задолжала ему пять тысяч долларов, потому что он дал ей ссуду на уплату игорного долга. И я знаю, что денег у нее нет, очевидно, она обратилась за деньгами к вам.

— Откуда вам все это известно? — в ярости потребовала Хопор ответа.

— Кое-что я узнал от Грейнджера, а кое-какие выводы сделал самостоятельно, — непринужденно объяснил Конн.

— Вы действительно сами разговаривали с Грейнджером? — Она была ошеломлена этим известием. — Вы виделись с ним?

— Как только его выпустили, он отправился на ипподром. Он большой любитель скачек. Но вам ведь наверняка это уже известно, иначе вы не были бы там вчера и не разыскивали его там.

— Адена сказала мне, что это наиболее вероятное место, где можно его найти, — медленно согласилась Хонор. — Но я не понимаю, зачем вы общались с ним.

— Неужели?

— Ну да. Это же вас никак не касается.

— Теперь касается.

— Конн, это смешно. Вы не можете просто по доброй воле вмешиваться в мою личную жизнь!

Конн долгим взглядом пристально посмотрел на нее, а затем протянул руку через столик, чтобы провести большим пальцем вдоль тыльной стороны ее запястья. Даже по этому легкому прикосновению Хонор с тревогой поняла, что он обладает недюжинной физической силой. И в то же время эти грубые пальцы могут быть на удивление чуткими и нежными, они сумели вызвать в ней ответную дрожь.

— Я и так уже вмешался в ваши дела, Хонор. Я расплатился с Грейнджером и велел ему и близко не подходить к вашей сестре.

Хонор была неподдельно шокирована.

— Вы расплатились с ним! Вы отдали ему пять тысяч долларов?

— Именно столько ему должна была ваша сестра.

— Да, но…

— Хонор, все закончилось, — прервал ее Конн с вызывающей удивление мягкостью в голосе. — Вам больше не нужно иметь дело с Грейнджером. Я уже все уладил,

Смущенная и обеспокоенная подтекстом того, что этот человек взял на себя такое личное и опасное дело, Хонор обнаружила, что ей не хватает слов, чтобы выразить свой гнев и протест.