Шрифт:
— Отцы, — сказал Сеид Хасан. — Они на самом деле не так много знают. Глупые, как дети. Невежественные. С ними надо просто смириться.
— Тоже домой пойдешь?
Сеид Хасан скорчил гримасу, пожал плечами.
— Наверно. Мы должны помнить про свои… танггонган. Танггонган. Как это по-английски?
— Обязанности.
— Обязанности. Хорошее, длинное слово. Надо помнить про свои обязанности.
Глава 6
Неужели, изумлялся Краббе, это для него предназначено? Стихи назывались «Строки к началу среднего возраста» и были подписаны Фенеллой Краббе, хотя немыслимо, чтобы Фенелла в двадцать восемь или двадцать девять лет сочла себя особой среднего возраста, или даже, будучи женщиной, причем женщиной с хорошей внешностью, приобрела преждевременный Элиотов образ старого орла с уставшими крылами, и требовала убрать зеркала. Вдобавок тут не было никакого орлиного благородства. Это был он сам — обвисшая кожа на щеках, запыхавшаяся грудь на бегу вверх по лестнице; это был неожиданный способ прощания:
Послеполуденный час для тебя настал, Завладел твоим телом с натужной любовной улыбкой, Обращенной к теперешнему тебе. И сказал: Вот твоя лысина и беззубый рот формы зыбкой…— Валом валят, старина, — сказал мужчина напротив. — Просто валом валят. Нефтяные деньги. Одна дверь захлопывается, другие закрываются. Ха-ха. Только никому негде жить. Государственные служащие ночуют в муссонных дренажных канавах. Жены едут домой через месяц. Ха-ха. И все-таки, как раз туда надо ехать, покинув Малайю. Борнео, Борнео. Я только что оттуда. — Он высунул в проход голову. — Бой! — Без промедленья явился китаец в белой куртке. — Что есть? Пиво?
— Только не малайское пиво, — отказался Краббе. — Оно со мной больше не согласуется. Пожалуй, джин с тоником.
— Слышал? — сказал мужчина бою. — А мне пиво. Маленький «Полар».
Это ты — обвисшие щеки, мешки под глазами, Знакомое общительное лицо, маячащее в зеркале в дальнем зале, Узнаваемое с потрясением, но без ошибки, — Это тоже ты.— Но вы должны выпить пива, — укоризненно сказал мужчина. — Таково мое правило. Продаю пиво по всему Востоку. Уже тридцать лет. Три тыщи в месяц, служебный автомобиль, везде тепло встречают, куда б ни приехал. Должны меня знать. Все знают Томми Джонса. Может, от вас избавятся, а от старика Томми никогда не избавятся.
— Нет, — сказал Краббе.
Впрочем, вторая строфа больше обнадеживала:
Юность — нож, озеро, свежий воздух, металл и стекло; Тело свое можно было дарить без пощады, как взмахи меча. Тогда было другое дело, было и прошло. То был не ты, рубивший сплеча…— И так всю дорогу, — сказал мужчина. — Вчера вечером мне в Анджине давали обед. Тукай всегда изо всех сил стараются для старика Томми. Как будто я им услугу оказываю, продавая товар. А позавчера в Куала-Мусанге. А сегодня в Тикусе. А завтра вечером в Уларе. Куда направляетесь?
Терпи. Надо снова учиться краткости, Жаркая комната съежилась в льдистой гладкости. Лосось выпрыгивает в ее серебре, Костлявые ступени крепки, выдержат один шаг на ребре Однопролетной лестницы.— Не отвечайте, если не хотите, — обиделся мужчина. — Я просто хотел поддержать разговор, немножечко скоротать время. — Он был тощий, длиннолицый, с большой головой и седыми усами, носил неплохое брюшко.
— Извините, — сказал Краббе. — Еду в Мавас. Потом в поместье Дарьян к ленчу. Прошу прощения. Понимаете, я просто читал. Жена моя написала. Довольно неожиданно здесь это увидеть.
— Ваша жена пишет в газетах? Ну-ну. Сам я никогда не любил мозговитых женщин. Никого не хочу обидеть. Дело вкуса.
— Эта мозговитая женщина меня не особо любила. Уехала домой, — объяснил Краббе.
Мужчина взял у Краббе газету, обращаясь с ней, точно с ковриком, пропитанным рвотой.
— Покупаете такую дребедень? У меня самого никогда нету особого времени почитать.
— Нет, — сказал Краббе. — Какой-то армейский майор поехал в Пеландок и оставил ее на скамейке. Я давно не видел газеты. Весьма прогрессивное обозрение.
— Да? — Мужчина подозрительно взглянул на Краббе. Потом небрежно посмотрел страницы. — Называется «Новый пресвитер», — заметил он. — А тут мелкими буквами сказано: «Бывший «Старый священник». Чертовски дурацкое для газеты название.