В таком смятении ума стоит Гостев у кормила лодейного: «Кому надобны неиссчетные версты моих путеплаваний? Кто сочтет морской путь и морской труд?»

…Перед глазами бескрайнее море, волны рядами-грядами. И видит Гостев: у середовой мачты стоит огнезрачная девица… Она что-то считает вслух и счет списывает в золотую книгу.

— Кто ты, о госпожа? — ужаснулся Гостев. — Что ты считаешь и что пишешь?

— Я премудрость божья, София Новгородская. Я считаю версты твоего морского хода. О кормщик! Всякая верста твоих походов счислена, и все пути твоих лодей исчислены и списаны в книгу жизни…

— Ежели так, о госпожа, — воскликнул Гостев, — то и дальше дальних берегов пойду и пути лодей моих удвою!»

Когда скудный северный свет незаметно сменялся ночной тьмой, тот, кого Стивенсон называл Невидимым Спутником, вел затерянных в Студеном океане через голубые вечности над вечными холмами, открывая неожиданную тропу и цепочку новых пересечений, играя с нашей магией и нашей геометрией, как будто проникновение в Арктику было безмерной нуждой в сердце миров, и там, дальше, в галактиках, заманивая неизвестным, которое не откроет себя, пока мы цепляемся за известное.

Поющей необъятностью двигался Нансен к Северному полюсу в сопровождении верного Йохансена, который испытывал к Фритьофу такой громадный пиетет, что, даже угодив медведю в лапы, когда Нансен замешкался с винтовкой, почтительно обратился к нему:

— Вы должны поторопиться, — сказал он, — если не хотите опоздать.

Вморозив деревянный «Фрам» во льды, они дошли до линии горизонта и перешагнули ее, а полюса так и не достигли. Финал вдохновенной арктической эпопеи Нансена стал началом одиссеи Амундсена.

Получив от Нансена «Фрам», Руаль Амундсен приготовился пересечь Атлантический и Тихий океаны, вморозиться в Берингов пролив и вместе со льдом дрейфовать к Северному полюсу.

Одновременно к этой взывающей точке, к этому клочку в пространстве своего существа яростно прорывались Фредерик Кук и Роберт Пири, отважные американские путешественники, первые люди, достигшие Северного полюса.

Или не достигшие его.

Вполне возможно, не добрав пару сотен миль до 90 градусов северной широты, и тот и другой ушли по ледяной дороге куда-то в сторону. В те времена не было точных приборов, спутниковых навигаторов, рации, все измерения делались «на глазок», по расположению солнца на небосводе и по теням на белом ледяном покрове. Как можно отыскать среди бескрайних льдов эту самую точку, которую люди условились называть «полюсом Земли»?

Многолетние полярные экспедиции, сложные зимовки, голод, снежные бури и мороз, болезни, даже смерть не могли остановить жестокую битву за открытие географических полюсов.

Почти десять лет Роберт Пири пытался преодолеть путь до полюса, и каждый раз то его останавливали огромные полыньи и гигантские торосы, то сани сломаются, то заболеют собаки, то сам руководитель экспедиции отморозил пальцы ног.

Наконец, 1 марта 1909 года Пири стартовал с самой северной точки Земли Гранта — мыса Колумбии, и 6 апреля в десять утра был на полюсе вместе со своими помощниками — четырьмя эскимосами и чернокожим матросом Хенсоном.

Как он ни мечтал стать первым и единственным, черный тоже оказался на Северном полюсе, чему Пол Миллер aka DJ Спуки посвятил темпераментный докладу нас на корабле. Как раз была жуткая болтанка, экран раскачивался из стороны в сторону, но портрет первопроходца явственно чернел на белой стене кают-компании. Сколько же было на самом деле безымянных сподвижников Роберта Пири — история умалчивает. Хорошо, мы помним имя Мэтью Хенсона. А ведь, похоже, Пири не без дальнего прицела взял себе в соратники одного черного и нескольких гренландских аборигенов, чтобы они не смогли затмить его славу первооткрывателя. Кто стал бы спрашивать, как их звали, крепких низкорослых эскимосов, которые прокладывали дорогу среди льдов, строили промежуточные лагеря, забрасывали туда продукты и снаряжение для экспедиции. На фотографии их лица скрыты меховыми капюшонами, имена пропали во времени.

Казалось, его экспедиция увенчалась успехом. Но, как внезапно из-за тороса появляется белый медведь, так нежданно возникла на ледяном горизонте фигура Фреда Кука. Фредерик Альберт Кук, судовой врач и полярный путешественник, сделал дерзновенное заявление, что 21 апреля 1908 года он достиг Северного полюса — на целый год раньше, чем Роберт Пири.

И вот тут началось. Когда-то они были соратниками и вместе ходили по окраинам заснеженной Гренландии, мечтая покорить Северный полюс. Узнав, что Кук очутился на полюсе первым, Пири не смог стерпеть поражения и обвинил его в подтасовке фактов, мистификации и лжи.

Пири — этакий берсерк богатырского телосложения, неукротимой энергии, с огромным честолюбием — вздумал повергнуть в прах и самого Кука, и все его свершения. Он объявил, что Кук просто-напросто всех разыграл. А если он и сам поверил в этот миф, то Пири напомнит старому товарищу, что тот никогда не умел точно определять координаты. И конструкция саней у него непригодна для высоких широт, и запаса провианта для такой экспедиции маловато. И что-де, по рассказам сопровождавших его эскимосов, на протяжении всего пути виднелась земля, а это исключено при дальнем переходе по открытому льду…