Не покончив с собою в первые же дни после выпавших на ее долю потрясений, Кассандра начинает думать не столько о смерти, сколько о зарождающейся в ее растоптанном теле новой жизни, чистой и невинной.

Она еще может убить себя, на это ей хватит сил, но никогда не посмеет сделать это, вместе с ней умрет и ее будущий ребенок. А может быть, и два, потому что в ее роду явно были двойни, ибо мать ее Гекуба, родила Приаму девятнадцать только сыновей, а сколько еще было у нее дочек… Если бы дети рождались по одному, их было бы куда меньше.

Нигде не говорится о том, как Агамемнон относился к Кассандре.

С одной стороны, он мог вообще не думать о ней, не получив, естественно, никакого удовольствия от телесной близости с испуганной, да еще и психически неуравновешенной женщиной.

С другой…

Первые же слова, сказанные им о Кассандре своей жене Клитемнестре (в трагедии Эсхила «Агамемнон»), звучали так:

Согласитесь, далеко не каждого человека можно назвать «сокровищем сокровищ». А ведь тут имеется в виду рабыня-наложница. Да и говорится это в глаза родной жене, в первые же минуты встречи после двадцатилетней разлуки!

За что же так ценил Кассандру ее поработитель?

За пророчества?

Они предвещали только смерть.

За красоту?

Если так, то следует уточнить: за красоту, весьма поблекшую после столь многих испытаний, выпавших на долю пророчицы.

За ее материнство?

Последнее мне кажется наиболее близким к истине.

У Агамемнона были, конечно, дети от Клитемнестры (да и не только от нее). Но он их не видел уже много лет, а любимую дочь Ифигению собственноручно направил под жертвенный нож.

Вполне возможно, что родившиеся у Кассандры близнецы (а вещунья все-таки родила их!) были для него своего рода искуплением за смерть дочери. Тем более что они, по своему происхождению, являлись наследниками троянских царей. А это обстоятельство также немаловажно. Кто ведает, как еще в дальнейшем могут обернуться отношения с Малой Азией!

Нужно сказать, что к концу своей жизни (Агамемнон, как и прочие, не верил пророчествам Кассандры и не думал, что его жизнь оборвется столь скоро) царь Микен и Аргоса стал гораздо более мудрым человеком, чем был ранее. Об этом говорит, причем прямо в глаза царю, и корифей хора из цитируемой в этой главе трагедии Эсхила:

Кассандра в эти дни тоже уже далеко не та гордячка, какою она была в дни далекой, безмятежной юности. Здесь она, как справедливо замечает А. Ф. Лосев, «больная, беспомощная, изнемогающая женщина. Она потеряла решительно всех своих родных во время кровавой бойни в Трое и потеряла родину. Теперь она не царская дочь в богатейшем царстве, но несчастная и замученная рабыня, принужденная делить ложе с победителем своей родины».

Все это верно. И тем не менее…

Вспомним, ведь Кассандра сама называет Агамемнона «благородным львом». А если вспомнить еще, что смертельно раненный, умирающий Агамемнон (в «Одиссее» Гомера) пытается защитить, хоть и безуспешно, Кассандру, когда та закричала от предсмертного ужаса, то приходится признать, что между Агамемноном и Кассандрой были отношения, которые нельзя назвать просто отношениями насильника и жертвы.

Конечно, ни о какой любви несчастной троянки к главному виновнику всех ее бед и несчастий не может быть и речи.

И все-таки Агамемнон волей-неволей, как отец близнецов, стал ее единственной опорой в жизни. Тем более что было видно, как отмякает его сердце, ожесточенное длительной войной.

Кассандра замечает за Агамемноном склонность к компромиссам (естественно, в последнее время), религиозность, знание людских характеров. Вот хотя бы такая фраза, принадлежащая Агамемнону:

Это слова уже не сурового и бескомпромиссного полководца.

Скорее, это слова философа.

Слова мудреца.

И как обидно, что к мудрости своей Агамемнон пришел лишь в последние часы жизни.

Впрочем, так оно чаще всего и бывает.

Троянская война началась, как известно, с похищения Парисом Елены, дочери царя Спарты Тиндарея. Но она не единственная героиня этой непростой истории. У Елены, помимо братьев Кастора и Полидевка, была старшая сестра Клитемнестра, от рук которой погиб, в конце концов, Агамемнон, а с ним и троянская пророчица Кассандра.