— Замри, Мириор!

Мириор засопел и попытался вырваться, стараясь перевернуться, но кинжал вонзился ему в плоть, и он вскрикнул от боли.

— Что ты делаешь? Отпусти меня!

Раэйн не собирался этого делать.

— Ты хотел прикончить меня, но промахнулся.

— Раэйн, отпусти меня, иначе ты дорого заплатишь.

— Не отпущу, пока не сознаешься, что ты хотел убить меня.

— Я?

— Вот эта ветка, я покажу ее всем.

Мириор обмяк. Гном думал. Искал пристойный выход из создавшегося положения.

— Ну, вот еще! И ты решил, что я метил в тебя? Я просто упражнялся.

Раэйну были хорошо известны хитрости трусливых колдунов.

— Ты знал, что это я.

Мириор ответил ему презрительной ухмылкой:

— Будет тебе, Раэйн. Я сожалею. Я принял тебя за жабу.

В его визгливом голосе прозвучало притворное участие. Гном считал себя очень умным, но Раэйна никогда не смешили его шутки. Возможно, именно поэтому они недолюбливали друг друга, хотя сражались на одной стороне.

Гном покушался на его жизнь? Следует ли донести на него? Разве это не равносильно объявлению войны? Раэйн не знал, как поступить.

Вдруг оба застыли, заслышав знакомые шаги. Шаги были легкими, интригующими, вызывали беспокойство. Раэйн кокетливо пригладил волосы, следя за колдуньей. Та в свою очередь откашлялась, подходя ближе.

Это была волшебница Тана, существо из рода людского, с кошачьими глазами, в отличие от Мириора обладавшая превосходным чувством юмора и голосом, которому умела придавать необходимое звучание.

— Занимаетесь грабежом? — заметила она с легким упреком и заразительно улыбнулась. — Ясное дело… — Ей удалось смутить обоих. — Я вас заметила. Вы затаились, подстерегая жертву… и я решила: дай-ка загляну в их охотничьи угодья.

Раэйн хотел улыбнуться, но это далось ему с трудом. Эльф был робким, а Тана так ему нравилась, что он не осмеливался открыть рта, дабы не сморозить какую-нибудь глупость.

К счастью, на сцене появился еще один персонаж. Он встал между ними, размахивая топором, рассеяв на пылинки неприязнь между Раэйном и Мириором.

— Привет, друзья! Падаю к твоим ногам, дорогая Тана. Вы думали, что избавились от меня?

Его оглушительный смех говорил о том, что это настоящий воин.

— Карлик [9] Варлик не отступит, тем более перед старым драконом Трамблом. Идем к нему, мое терпение на исходе.

Искренность Варлика была заразительна, и Раэйн почувствовал, как в воздухе тает напряженность. Если рядом Варлик, то, сражаясь плечом к плечу, они легко добьются успеха.

А остальные все прибывали и прибывали, и вскоре в лесу повсюду звучали приветствия и пароли. Наконец Херхес, вождь и эльф-жрец, увешанный драгоценностями, перчатками и кольцами, созвал всех вместе, чтобы изложить свой план.

— У нас хороший состав боевых сил. Я верю в нашу ловкость, энергию разведчиков и изобретательность охотников.

Раэйн слушал его с восторгом. Херхес был самым закаленным и умел покорять сердца. Он никогда не сомневался в правоте собственных решений и обладал редкой способностью воодушевлять свое войско.

— С Трамблом справиться будет нелегко. Нам понадобится уйма волшебных сил, немалая изворотливость и все ваше оружие.

Завороженные энтузиазмом Херхеса, все подняли свои мечи, топоры, дубинки, луки, арбалеты и бурно приветствовали его.

Херхес продолжил свою торжественную речь:

— Имейте в виду, старый дракон Трамбл чрезвычайно опасен в близком бою. Своим дыханием он может в мгновение ока стереть нас с лица земли. Будьте начеку и, прежде всего, остерегайтесь его нападения с тыла и свойственной ему тактики «выжженной земли».

Раэйн трепетал от волнения. Такое всегда случалось с ним накануне битвы. Близость опасности придавала ему сил.

Херхес оглядел каждого из воинов, как опытный генерал, проверяющий боеготовность своей армии.

— Нам придется разрушить стену в самом слабом ее месте.

Тут Раэйн его прервал. Эльф понял, что настал его час, краем глаза взглянул на Тану и почувствовал, как дрогнули его голосовые связки, когда он произнес:

— Этого не потребуется. Там есть потайная дверь.