Увы, ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Павел даже до работы не успел дойти, как его задержали, обиженный успел настучать куда следует, снять побои и подписать на помощь товарищей по глупости. Вони от них в милиции опасались даже больше, чем матюгов начальства, поэтому Павел оказался в камере и на него моментально завели дело. Правда, брали его корректно, так как отнеслись к ситуации с пониманием, и в результате синяков у аспиранта не образовалось, однако будущее его теперь вырисовывалось весьма туманно.

Плюнув в сердцах, Александр вынужден был взяться за разруливание ситуации. Впрочем, оказалось не так сложно – капитан Мизерецкий в помощи не отказал, посоветовав, к кому стоит обращаться, и сведя с нужными людьми. В результате некоторая, не такая уж и большая сумма денег поменяла хозяина, и дело моментально было переквалифицировано. Пятнадцать суток – мелочь, а когда в карманы перекочевала еще одна пачка бумажек с портретами американских президентов, сидение Павла стало номинальным. В смысле, он числился как посаженный, но на деле вечером спокойно покинул негостеприимные стены.

Александр встречал его не один, Лена тоже подъехала и радовалась так искренне, что аж завидно стало. По окончании охов-чмоков он все же не удержался и высказал напарнику все, что думает о его способности влипать во всякое дерьмо. После того как Павел начал скрести землю носком ботинка, всем своим видом демонстрируя раскаяние, Александр сунул ему в руку мобильный телефон, приказав завтра же купить сим-карту, а сейчас проваливать и сидеть на его, Александра, квартире и не светиться. Проводив глазами радостно взвизгнувшую покрышками полуспортивную «тойоту» Лены, увозящую сладкую парочку в ночь, подальше от этих мест, он плюхнулся на сиденье своего внедорожника и задумался. По всему выходило, вопрос с соседом напарника надо решать, просто так этот пингвин не успокоится. И решать опять же придется ему, Павел умеет лихо бить морды и кое-как стреляет, ему не опасно доверить спину, но во всем, что связано с подобного рода делами, он телок телком. А тут ведь, по сути, на взгляд Александра, оставался один-единственный путь – убить. Любая попытка договориться, предложить денег или еще что-либо обречена на провал. Этот вконец охамевший извращенец не поймет и обнаглеет еще больше, тем более имея за спиной поддержку товарищей по заду. Можно, конечно, подписать «братков» и наехать, но результат мог и обратный получиться – вой поднимется до небес, а в свете нынешнего рода деятельности любое привлечение внимания крайне противопоказано. Оставались радикальные меры.

Но с этим надо было чуточку повременить, подождать хотя бы полтора-два месяца, пока случившееся забудется, вылетит из голов обывателей, а потом спокойно устроить жертве аборта несчастный случай. Конечно, Александр на этом не специализировался, но ничего страшного, все когда-то случается в первый раз. Пожар, автомобильная катастрофа, сердечный приступ… Последнее, кстати, идеальный вариант, никто и не удивится – видок у клиента весьма потасканный, сказывается образ жизни. Есть препараты, которые вызывают симптомы, идентичные естественным, и разлагаются в кратчайшие сроки.

Быстро прикинув, где можно достать соответствующие лекарства, Александр сделал пару звонков и на следующий же день уехал, вернувшись через сутки, усталый, но довольный. Достать на просторах необозримого постсоветского пространства можно что угодно, были бы деньги. Деньги есть – товар нашелся. Двух ампул вполне достаточно. Точнее, их было три, но одну, по выбору покупателя, проверили на лабораторной крысе. Крыса сдохла в точности так, как предполагалось. Александр, если честно, и не сомневался, в таких делах не кидают, слишком велик риск лишиться головы, да и репутация дорогого стоит. Однако правила правилами, а доверять кому-либо он не собирался, и это, кстати, тоже общепринято. В общем, проверили товар при нем, как миленькие, и не поморщились даже.

Итак, решение принято, средства для его воплощения доставлены. А что придется сделать паузу – так это ерунда, тем более вскоре раздался телефонный звонок, и уже знакомая машина с тонированными стеклами мчалась сквозь ночь, везя их на базу, навстречу новому заданию.

Снова лето, снова знакомые уже русские, ну или почти русские просторы. Почему почти? Во-первых, все же Белоруссия, во-вторых, мир таки параллельный. Хотя, конечно, непринципиально – различия между двумя мирами и их историями столь ничтожны, можно не учитывать, считать, что их просто нет.

На сей раз сорок второй год, мрачное время, которое можно описать одним-единственным словом – резня. Немцы старательно зачищали территорию, партизаны, неодобрительно относящиеся к подобным увлечениям тевтонцев, вдохновенно стреляли им в спины. При этом самым жутким ночным кошмаром для обеих сторон считалось попасть в плен – умирали и те и другие мучительно.

При этом выглядел лес безмятежно. Оно и понятно, концентрация партизан и карателей на квадратный километр невелика, люди попросту растворялись в этих кажущихся бескрайними зеленых просторах. Собственно, только обилие изданных в советское время книг с приглаженными углами и убранными неаппетитными подробностями, написанных порой людьми, имевшими о партизанах весьма смутное представление, создавало ощущение, что партизаны выглядывали буквально из-за каждого дерева. На самом деле было их не так и много, хотя, конечно, вклад их в победу огромен.