– И ради этого нас сюда посылали? – удивленно спросил Павел. – По сравнению с прошлым разом это ведь гроши.

– Грошик там, грошик здесь, а там, глядишь, и миллионером станешь, – резонно отозвался Александр, хотя, если честно, тоже не понял логику отцов-командиров. Однако, с другой стороны, камушки в жерла тоже засыпали горстями, так что, не исключено, не так уж и мало получится. Интересно, как эти бандуры извлечь?

Между тем пираты закончили со складированием своей заначки и занялись подготовкой к отплытию. Погрузили пленных на шлюпки и… отправили на трофейный корабль, где загнали в трюм. Павел смотрел на это с удивлением, а потом повернулся к напарнику и спросил:

– На хрена они этим занимаются?

– Свидетелей оставлять не желают. Видишь, люки заколачивают? Сейчас пару дырок в бортах сделают и отправят прямиком к Нептуну.

– В смысле?

– В прямом. А ты думал, они их плюшками кормить будут? Правда, я бы просто перестрелял, но тут, видимо, в ходу другие обычаи. Что-то я об этом читал…

Закончить он не успел – Павел попытался вскочить, наверное, хотел вмешаться, но готовый к подобному развитию событий Александр одним коротким движением сбил его с ног.

– Куд-да собрался? – поинтересовался он, прижимая отчаянно брыкающегося товарища к земле и выкручивая ему руку. Мало ли, вырвется, еще и в лоб даст, лось он здоровый. – Лежи и не дергайся. Вряд ли они нас заметят, но лучше подстраховаться, а то по дурости можно всю операцию запороть.

– Отпусти, гад! Я их…

– Заткнись и слушай. – Александр с силой вдавил его в песок. – Ты что, с ума сошел? Они на корабле, даже если ты успеешь добежать до нашего надувного плавсредства, его утопят еще на подходе. Понял? Не будешь дергаться и изображать из себя павшего героя? Ну и замечательно. Сейчас я тебя отпущу, а ты подумай над моими словами.

Павел и впрямь не стал больше истерить. Сел, угрюмо зыркнул на товарища, привалившегося к узловатому стволу дерева и безмятежно ковыряющему в зубах отточенной палочкой.

– Ну, надо же что-то делать…

– А зачем? – Удивление Александра было абсолютно искренним. – Нам за это не платят.

– Если меня будут убивать, ты тоже так скажешь? – моментально окрысился парень.

Александр, не обращая внимания на явное хамство юнца (они-то практически ровесники, но он, благодаря своему темному прошлому, чувствовал себя намного старше), лишь пожал плечами:

– Ерунды не говори. Ты – мой напарник. Свой. Стало быть, тебя надо поддерживать и вытаскивать, даже если придется идти по лезвию. И деньги тут уже не играют абсолютно никакой роли. А здесь – насквозь чужие люди, у них свои разборки, пусть сами и решают, что делать. Не наша это война. И мой долг, как напарника, защитить тебя. В данном случае не дав наделать глупостей.

– Ты…

– Да, знаю. Сволочь я. Только вот что, Паш, ты на себя посмотри. Сколько мы здесь сидели, а? Сколько раз за это время мы их могли бы всех положить? Можешь поверить, справились бы – на земле все козыри наши. У тебя как, мысль мелькнула? Может, и мелькнула, конечно, но мне ты ее не озвучил и сам ничего не предпринял. Даже когда тот хмырь в красном колпаке девчонку, которой дай бог лет десять, под кустом раскладывал, ты смолчал. Нечего теперь оскорбленную невинность из себя строить да губы надувать, нелогично у тебя это получается. Тоже мне, нашелся герой невидимого фронта. Все, сиди на попе ровно и не тренди зря. Ждем, когда эти дятлы свалят, забираем то, зачем нас послали, и убираемся отсюда поскорее, не нравится мне эта эпоха, хоть убей. Шансов у нас сейчас все равно нет, я тебе не офицер из войск дяди Васи, чтобы саперной лопаткой и матюгами американский полк по кустам разгонять. Да и ты, кстати, тоже не Брюс Ли с Чаком Норрисом и Шварценеггером в одном флаконе, сто человек пинками не уложишь.

Павел после этой немного эмоциональной отповеди надулся еще сильнее, но ничего не сказал и попыток сделать какую-нибудь глупость больше не предпринимал. Видно, хорошо понимал, что в словах Александра суровая и циничная правда. Наблюдающий за ним сквозь полуприкрытые веки Александр моментально успокоился. Напарника своего он успел уже изучить и понимал: если первая вспышка нездоровой активности миновала, можно не волноваться – больше необдуманных поступков он совершать не будет.

Между тем процесс зачистки свидетелей шел своим чередом. Пока мультимировые грабители спорили об этике, они пропустили, что сделали пираты с трофейным кораблем, но результат говорил о том, что Александр все же прав. Лишенная мачт, разграбленная посудина медленно погружалась, ложась на борт, неспешность процесса указывала на то, что запертым в трюме людям предстоит медленно и мучительно умирать как минимум несколько часов. Александр и сам было подумал о том, что стоит хоть как-то помочь им, но потом сообразил, что аргументы, которые он совсем недавно искал для Павла, никуда не делись и поэтому нет смысла даже пытаться.

А пираты никуда не торопились. Стоял их корабль себе в бухте, контролировал, так сказать, ситуацию, и только когда обреченный трофей скрылся под водой, поднял якорь и неспешно вышел в море. Вот, в принципе, и все, но Александр с Павлом в этот день заниматься кладом не стали. Вначале пираты были еще недалеко и теоретически в подзорную трубу с их корабля еще можно было заметить шевеление, а потом уже и темнеть начало. Пришлось отложить работу до утра и тогда уже взяться за лопаты.

Выкопать пушки удалось сравнительно быстро – ямы довольно глубокие, но земля, которую только что перекапывали пираты, не успела утрамбоваться. Корней древесных тоже, естественно, не наблюдалось, милое дело такую землю разбрасывать. Однако откопать еще полдела.

Орудийные стволы, сделанные из бронзы, сами по себе штука тяжелая, а набитые куда более тяжелым золотом, так вообще… И как их прикажете доставать из полутораметровой ямы? Пиратам легко, они-то толпой работали, да и не поднимали орудия, а сталкивали их вниз, напарникам же предстояло хорошенько поднапрячься и вдвоем совершить обратный процесс. Что паршиво, пробки эти свинцовые так просто извлечь не получалось, настолько капитально их пираты заколотили. Стало быть, надо перетаскивать добычу, так сказать, вместе с упаковкой.