1987 год, лето.

Их первые совместные каникулы за границей.

Сад скульптур во Флоренции

Они стояли у большого фонтана, окруженного кипарисами, апельсиновыми и фиговыми деревьями. Струи воды сверкали под солнцем, и от этого возникали маленькие радуги. Мэллори бросила монетку в воду и настаивала, чтобы Натан сделал то же самое.

— Загадай желание!

Он отказывался:

— Я не верю в эти приметы.

— Давай, Нат, загадай желание!

Он мотал головой, но она продолжала требовать:

— Сделай это ради нас!

Тогда он достал из кармана монету в тысячу лир, закрыл глаза и бросил ее в фонтан. Она не могла желать большего, чем то, что у нее есть сейчас. Пусть только это продлится. For always. For ever [16] .

1990 год, лето.

Отпуск в Испании

В саду-лабиринте Орты, в Барселоне, произошла их первая настоящая размолвка. Накануне Натан сказал, что из-за работы ему нужно вернуться на два дня раньше. И это здесь, в одном из самых романтичных мест мира! Мэллори сердилась на него. Он хотел взять ее за руку, но она отстранилась и ушла в зеленый лабиринт.

— Ты рискуешь меня потерять, Натан.

— Но я найду тебя!

Она вызывающе посмотрела на него:

— Ты слишком уверен в себе!

— Я уверен в нас.

1993 год, осень.

Воскресное утро в их квартире

Мэллори наблюдала за мужем в замочную скважину: он, стоя под душем, как обычно, превратил ванную в сауну и во все горло фальшиво распевал модную песню. Но вот закрыл кран с горячей водой, отдернул занавеску душа и закричал от радости. Пар осел на зеркале, и стала видна надпись: «Ты скоро станешь папой!».

1993 год.

Тот же день. Десять минут спустя

Они стояли вдвоем под душем, успевая сказать по несколько слов между поцелуями. Мэллори завела разговор об имени:

— А если это девочка?

— Давай назовем ее Бонита? — предложил он.

— Бонита?

— Бонита, или Бонни. В любом случае что-то, что означает «счастье». Я хочу слышать это слово каждый раз, как буду звать ее.

Мэллори улыбнулась, открыла флакон и нанесла немного геля для душа на тело Натана.

— Хорошо, но с одним условием.

— Каким?

— Я выберу следующее.

Натан взял лавандовое мыло и стал намыливать ей спину.

— Следующее?

— Имя нашего второго ребенка. — И Мэллори прижала мужа к себе. Их тела, в мыльной пене, скользили, касаясь друг друга.

1994 год

Мэллори, на восьмом месяце беременности, лежала в постели и листала журнал. Будущий отец приложил ухо к ее животу и пытался уловить движения ребенка.

Натан установил на проигрывателе лазерный диск с музыкой Верди, и голос Паваротти наполнил комнату. С тех пор как Натан прочел книгу о благоприятном воздействии классической музыки на раз питие ребенка, он каждый вечер ставил отрывок из оперы.

Мэллори соглашалась, что эта музыка, может быть, и полезна для ребенка. Но не для нее. Надела наушники плеера и слушала «About a Girl» [17] «Нирваны».

1999 год. Ресторан «Уэст– Виллидж»

Они заказали бутылку шампанского.

— А если будет мальчик…

— Это будет мальчик. Натан.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, потому что я женщина и жду этого ребенка пять лет.

— Если будет мальчик, я подумал…

Никаких обсуждений, Натан. Его будут звать Шон.

— Шон?

— Это по-ирландски означает «Дар Божий».

Натан сделал недовольную гримасу.

— Не понимаю, при чем тут Бог.

— Напротив, очень хорошо понимаешь.