Поднявшись по крутой скрипящей лестнице на третий этаж, я постучала. Никто не ответил. Этот хлыщ наверняка заметил мою машину и теперь делает вид, будто его нет дома. Я постучала сильнее, из соседней квартиры высунулся сгорбленный старичок с торчащими в разные стороны усами и прошипел:

— Девушка, его дома нет.

— А вы знаете, кто здесь живет?

— Парень какой-то, он тут недавно. Имени его не знаю.

— А вы уверены, что его нет?

Старик, надо полагать, обиделся, так как поспешил захлопнуть дверь и удалиться. Я постояла еще немного у двери и спустилась вниз. Интересно, когда он вернется? Может, стоит немного подождать…

Просидев в машине около получаса, я решила, что лучше направиться домой и попытаться вечером позвонить, ведь телефон-то его у меня есть. Хотя он вполне может быть фальшивым. Ну да ладно. Я села за руль и поспешила прочь. Едва я свернула в сторону своего дома, как зазвонил сотовый.

— Да, я слушаю.

— Полиночка, это какой-то кошмар. Я… я не знаю, что мне делать.

О, Боже. Только ее мне сейчас и не хватало.

— Что случилось? Говори четко и ясно. Тебя уволили с работы?

— Да если бы, — Ольга едва ли не рыдала. — Валерия Федоровича убили.

— Как убили? Когда? Откуда ты это знаешь?

— Понимаешь, я пошла к нему на встречу, как мы и договорились, захожу, а тут… Полиночка, что же мне делать, ведь меня наверняка обвинят в его убийстве?

— Так ты что, трогала труп?

— Да нет, что ты, я же страх как боюсь покойников, но ведь я его нашла.

— Милиция уже в курсе?

— Нет, я решила сначала позвонить тебе. Что мне делать, Полина?

— Где находится этот офис? — Ольга продиктовала мне адрес.

— Жди, я сейчас приеду. А ты пока немного поори там.

— Зачем это?

— Чтобы все решили, что ты нашла труп и очень испугалось, а потом звони Жоре, я тоже попытаюсь с ним связаться.

Я попыталась дозвониться до Жоры, но его телефон был занят. Развернув машину, я понеслась в офис, проклиная всю дорогу свою непутевую сестрицу, которая то и дело влипала в какие-нибудь неприятности.

Остановив машину возле огромного здания, которое, казалось, было выполнено из одного лишь стекла, я стремглав вбежала внутрь. Ольга сидела в коридоре и, изображала из себя шокированную увиденным дамочку. Между прочим, ей это очень даже хорошо удавалось, так как все присутствующие — секретарши, блюстители порядка, уже появившиеся на месте происшествия, и просто посторонние люди — пытались ее успокоить.

Одна смуглая пожилая женщина крутилась возле нее и всячески пыталась успокоить «бедную девушку». Она то и дело предлагала Ольге стакан воды, махала на нее каким-то журналом и протягивала ей очередной платочек, который извлекала из своего кармана. Мне даже сначала показалось, что она специально запаслась ими для этого случая. Ольга сразу же принимала платочек и тут же принималась с усердием проливать в него крупные слезы и сморкаться, а потом как ни в чем не бывало возвращала его женщине.

Мне даже стало интересно, каким образом она умудрялась из себя выжимать такое количество слез. Не знай я Ольгу, наверное, поверила бы, что она на самом деле очень расстроена увиденным, но я знала, что моя сестрица не на столько уж сентиментальна, чтобы убиваться по поводу смерти, пусть даже и насильственной, почти не знакомого ей человека.

Несколько минут я наблюдала за происходящим в коридоре. Да, я всегда считала, что Ольге необходимо было пойти в театральное училище, а не увлекаться этой психологией, глядишь бы, сейчас кучу денег загребала. Решив, что пора бы уже и прекратить этот спектакль я направилась к утешающим.

— Где Жора? — подойдя к Ольге, спросила я. Она указала мне в сторону и принялась «рыдать» с новой силой.

Ну и актриса, просто слов нет. Я повернулась туда, куда указала мне Ольга, и увидела Овсянникова, который стоял у окна и беседовал с охранником. Дождавшись, когда они закончат разговор, я подошла:

— Что-нибудь уже известно?

— Ты слишком нетерпелива, Полиночка. Между прочим, сестру ты можешь забрать, она нам больше не понадобится.

Я хотела задать Жоре еще несколько вопросов, но он сделал вид, что у него неотложные дела. Как всегда, пытался отгородить меня от впутывания во всякие истории. Только почему он никак не хочет понять, что этим только мешает мне, а иногда и подвергает опасности? Ну да ладно, пусть делает свою работу, а завтра я приглашу его к себе на обед, уж от этого-то он вряд ли откажется, и выведаю все, что мне нужно.

Я подошла к Ольге и постаралась вытянуть ее из толпы, которая уже с жадностью выслушивала прилично приукрашенный рассказ о сегодняшнем убийстве. Сделать это оказалось не так-то просто, так как Ольге явно нравилась ее новая роль. Поняв, что нормально этого сделать не удастся, я наклонилась к ней и прошептала:

— Если ты сейчас же не прекратишь этот бал-маскарад, то я расскажу всем свою версию случившегося, — эти слова подействовали на сестру, как укол, она тут же встала и направилась к машине, гневно сверкая направленным на меня взглядом.