Юбер понимал, что создание филиала фирмы Монтальмонов в Америке потребует от него много времени и сил, — помимо того, что молодому человеку, привыкшему жить в парижской атмосфере развлечений, придется провести несколько лет в скучной и не сравнимой с прекрасной Францией стране бизнеса. Необходимо устанавливать деловые контакты, подбирать и нанимать служащих, осваивать рынок.

Неожиданно в его уме возник дерзкий план, осуществление которого помогло бы ему избегнуть всех этих существенных для него неприятностей. Узнав, что знаменитую в Америке фирму «Джолэй» возглавляет совсем молодая женщина, он решил купить ее и сделать филиалом Дома Монтальмон и избавиться от хлопот и жизни в Америке. Юбер думал, что добьется успеха, очаровав и соблазнив молодую женщину, до сих пор ни одна не могла перед ним устоять, а потом будет нетрудно подчинить ее своей воле и осуществить свой хитроумный план. Когда он первый раз говорил с Ви по телефону и приглашал ее обедать, он рассчитывал в тот же вечер «сбить ее с ног» и «уложить в койку». Парижский повеса не думал, что ему попадется твердый орешек.

На фотографиях в журналах Ви была очень красива, но Юбер знал, что некрасивые женщины бывают фотогеничны, а красавицы не всегда хороши на фотографиях. Поэтому, входя в кабинет Ви, он думал увидеть хорошенькую, но не особенно интересную женщину. Увидев ее, он испытал шок: такого соединения силы, хрупкости и сияющей победоносной юности он еще не встречал, и понял, что эта женщина войдет в его жизнь.

После первой ночи любви с Ви Юбер чувствовал себя потрясенным и очарованным. Он, несомненно, был первым мужчиной в жизни Ви, а между тем у него было странное чувство, что он подчинился ей, как самец насекомого подчиняется самке, которая использует его, а потом иногда даже съедает. Ви не была агрессивна, но Юбер чувствовал, что при всей своей невинности она независима и тверда как алмаз, а он, мужчина, служит ее наслаждению. Это чувство было волнующе новым, и Юбер жаждал вновь испытать его сегодня же вечером.

Они встретились в ресторане «Рокко», в Вилледже на улице Томпсона. Еще не заказав обед, они пили кампари, и Ви шутливо упрекнула его: — Не надо так часто звонить. Ты совсем заморочил голову моей секретарше.

— Только три раза…

— Четыре.

— Ну, четыре. Всего-навсего через каждые два часа. И ты мне — два слова в ответ, — упрекнул он ее в свою очередь.

— Но я должна работать, Юбер. У меня всегда столько работы, что за день едва справляюсь.

— Что такое работа перед любовью? — спросил он, глядя на белую полоску на ее бежевом хлопчатобумажном свитере. В свитере и юбке она была еще женственнее, чем в изысканном платье из модного салона.

— Как сказать, — решительно возразила она, задумавшись.

Сутки назад она была девственницей и вот подчинилась мужчине, этому мужчине, что сидит напротив. Узнала, что женщина, уступая мужчине, ощущает свою женскую силу и испытывает счастье. Тяжесть его тела, сладкая мука наслаждения… Ей хотелось зажмуриться и не смотреть на Юбера, не вспоминать сейчас. Он звонил весь день, и каждый раз она откладывала в сторону бумаги, прерывала неотложные разговоры, пренебрегая тем, что прежде она считала сутью своей жизни. Значит, она ошибалась? Отдавшись Юберу, Ви открыла, что она — женщина, способная к самозабвенной страсти. Но она сдерживала себя и в течение дня, как обычно, подходя к телефону не больше чем на минуту.

— «Любовью и свежим воздухом» по счетам не заплатишь, — сказала она и, увидев расстроенное лицо Юбера, тут же раскаялась и нежно произнесла: —

Розы. Спасибо за розы, они изумительны. — Она тронула рукой белоснежные лепестки и проказливо сказала: — Правда, когда посыльный принес их в мой офис, я решила, что это ошибка. Такие роскошные букеты посылают в редких случаях, например, когда ваша лошадь взяла первый приз на скачках.

— Моя обожаемая Ви, — сказал он, не слушая ее, — я никак не могу поверить, что действительно нашел тебя.

— Разве я потерялась?

— Давай прекратим фехтование, — я искуснее в этом деле и уложу тебя на месте.

— Да! Пожалуйста, Юбер! Пожалуйста!

— Завтра? Или твоя работа, — он язвительно подчеркнул слово, — помешает?

— Во время ленча! Вместо еды!

Он поцеловал ее. — А сегодня дуэль состоится?

— Но она ведь уже началась! — радостно ответила Ви.

Он начал перебирать ее пальцы, целуя кончик каждого. — Наконец-то я нашел себе ровню!

— Разве это возможно? — засмеялась она. — Ведь ты — несравненный.

— Да, но мне нужен партнер.

Она нежно посмотрела на него. — Только если речь идет не о наших фирмах. Я не хочу, чтобы «Джолэй» стала филиалом Дома Монтальмонов.

— Забудем о бизнесе! — взревел он.

Это было нетрудно сделать — забыть обо всем.

Филиппа, как всегда, позвонила Ви для обсуждения деловых вопросов. — Ну, значит, мы решили назначить Мэррэя Шварцмана заведующим торговыми делами, так?

— А кто это? — задумчиво спросила Ви.

— Бэби, — Филиппа не верила своим ушам. — Мы ведь вчера вызывали его и говорили с ним.

— Ах, да. Конечно, он подойдет.

Филиппа решила, что с Ви что-то неладно. — Ты больна? — спросила она.

— Нет. — Ви не в силах была хранить свою тайну. — Филиппа, я влюбилась!

Голос на другом конце провода показался Ви усталым и тусклым. — Мужчина?

— Да. Самый потрясающий мужчина на свете! — Она не назвала Филиппе имени. — Нет, я тебя не разыгрываю! Я пока не скажу, кто он, но, Фил, дорогая, — теперь я счастлива!

— Ну, тогда все хорошо. Видит Бог, ты это заслужила… Ждала достаточно долго…