Я не хочу, чтобы вы кончали мне в задницу; переместитесь-ка оба пониже.

Мы делаем это. Но нас стало трое: к языку с Ипполитом добавился мой нос; в то время как первые двое послушно спустились ниже и теперь погружаются в глубину Ваших волос, последний остался против покинутой дырочки; он слегка щекочет ее, вдыхая начинающийся подниматься снизу аромат.

Ипполит проникает мне во влагалище и трахает меня. Твой язык завладел моим клитором. Опиши, что ты чувствуешь сейчас.

Неизъяснимое наслаждение.

Каков хитрец! Нет уж, изволь изъяснять.

Это сложно. Дело в том, что клитор и анус находятся по разные стороны от Вашего влагалища; таким образом, Ипполит находится между моим носом и моим же языком. Его яйца упираются в мою верхнюю губу. Это непознаваемо… а потому и неизъяснимо.

Намек поняла. Перевернулась, высвободив твой нос. Трахни-ка меня как следует!

Неизъяснимое наслаждение.

Что ты заладил одно и то же?

Неизъяснимое наслаждение.

Эй, ты слышишь меня?

Сломался ты, что ли?

Неизъяснимое наслаждение.

Какой облом! Дурацкая связь. Придется кончать в одиночку. На всякий случай все же отправлю письмо. Имей в виду, я люблю вас всех: и нос, и язык, и верхнюю губу, а заодно и нижнюю губу, а больше всего — Ипполита с яйцами.

На рассвете следующего дня, покормив Сида и страуса, Вальд по обыкновению начал молитву. И трех часов не прошло, как в быстро нагревающемся воздухе послышался чуждый звук, похожий на стрекотание далекой цикады. Вальд с раздражением прервал благочестивое занятие.

— Ты слышишь? — крикнул он в Трубу.

— Да.

— Что это?

— А черт его знает.

Стрекотание доносилось откуда-то снаружи, из безбрежного голубого пространства. Воздухоплаватели стали озираться по сторонам. Через пару минут эту благостную гладь прокололо некое острие, появившееся с северной стороны и металлически поблескивающее на солнце.

— Это вертолет, — сказал Сид.

— У тебя острое зрение, — заметил Вальд.

— Я еще не вижу его, просто узнал звук. Кстати, в ящике номер двенадцать лежит небольшой телескоп; собери-ка его между делом.

Вальд нашел нужный ящик и, раскрыв инструкцию, довольно быстро собрал телескоп. Он навел телескоп на увеличивающуюся точку, но ничего не увидел.

— Похоже, он не работает.

— А ты опустил четвертак?

— Четвертак?

— Ну да, quarter.

Пошаривши там и сям, Вальд не без труда отыскал требуемую монетку, а затем и предназначенную для нее щель. Он опустил четвертак в щель, и телескоп заработал. Вальд опять глянул в него и убедился в правоте Сида.

— Это иммиграционные власти, да?

— Может быть кто угодно, — сказал Сид довольно-таки зловеще. — В 1981 году таким образом произошла катастрофа близ островов Вануату. Вертолет террористов напал на воздушный шар…

— Эй, прекрати, — попросил Вальд.

— Извини. Я не учел, что ты всего лишь любитель.

Вертолет приближался; его уже можно было разглядеть невооруженным глазом, а в телескоп стало видно, что он совсем маленький, двухместный. Он приближался все медленней и медленней. Страус громко, озабоченно закряхтел.