– Скажите, Оля, – вдруг спросил он. – Как вы думаете, мне удастся выпутаться из этого?

– Ну конечно! – как можно убедительнее сказала я.

– Уж и не знаю, – вздохнул он. – Не хочется мне, чтобы Полина этим занималась. Ведь она очень рискует из-за меня.

– Просто она вас любит, – осторожно произнесла я.

Его глаза сразу потеплели:

– Да, конечно. И я ее люблю. Именно поэтому мне и не хочется, чтобы она занималась этим.

– Но ведь кроме Полины вам сейчас некому помочь. Вы должны ценить ее преданность. Нечасто в наше время женщина пожертвует собственной безопасностью ради любимого человека.

Мои слова несколько успокоили Павла. Но все равно он часто вздыхал и прислушивался к шуму колес за окнами. Около восьми часов вечера раздался звонок в дверь, я пошла открывать. В комнату вошла Полина, и Павел перестал дергаться.

Когда я вышла от Ольги на улицу, Жора сидел в машине и всем своим видом выражал обиду и нежелание со мной разговаривать. Он даже отвернулся и делал вид, что не замечает меня, хотя прекрасно видел, как я выхожу из подъезда.

Я подошла к нему и потрепала по начавшей лысеть макушке. Жора не отреагировал. Мне пришлось наклониться к нему и чмокнуть в эту макушку, хотя, надо сознаться, без всякого удовольствия.

– Жора, ну, извини, пожалуйста! Мне нужно было поговорить с Ольгой. Больше я тебя не оставлю.

– А при мне ты не могла с ней поговорить? – ревниво спросил Жора, но он уже не обижался. Жорина положительная черта, что он никогда не сердится долго. Может вспылить, но быстро отходит. Поэтому мириться с ним было довольно просто.

– Поленька, ну что, ты все еще собираешься туда ехать? Может, лучше поедем ко мне?

Это было уже лишним. Я сразу же прервала Жорины мечтания и сказала, что на место преступления нужно ехать немедленно. Жора вздохнул, но развернул машину и выехал на дорогу, ведущую в сторону Вишневки. Ехали мы около сорока минут. Наконец Жора свернул куда-то в сторону, проехал еще несколько метров и сказал:

– Здесь.

Мы вылезли из машины и оказались в посадках. Справа проходила железная дорога, слева виднелись дачи.

– Жора, а как вы узнали, что в этом деле замешан Шип?

– Понимаешь, позвонил какой-то человек и сказал, что вечером Маслов собирался куда-то ехать в компании этого Шипа.

– Он назвал себя?

– Нет, конечно. Просто сказал, что слышал об этом случайно и повесил трубку.

– Голос был мужской?

– Да, мужской.

– А вы не пробовали искать этого человека?

– Да где же его найдешь? Мы ведь ничего о нем не знаем.

– Ну, можно было хотя бы попробовать узнать, кому из знакомых Маслова было известно, что вечером он встречается с Шипом? Может быть, у него была любовница?

– Да в этом как-то не было необходимости. Шипов сразу же признался, что они вывезли этого Маслова за город. И что убил его Глазунов. Глазунов скрылся. Разве это не признание в убийстве?

Я презрительно посмотрела на Жору:

– Эх ты! «Признание в убийстве»! А если человек ни в чем не виноват? Просто испугался незаслуженного обвинения и решил скрыться, пока не будет найден настоящий убийца?

Я прошла к месту, где трава была примята. Наверное, здесь лежал труп. Виднелись следы шин, очевидно, Шиповой «девятки». Я прошла еще дальше. Около дороги были едва различимы следы другой машины. Неизвестно, имели ли они отношение к убийству Маслова или нет, но я крикнула Жоре, чтоб подошел.

– Жора, вы заметили эти следы?

– Да, заметили. Но я далеко не уверен, что они смогут как-то нам пригодиться. Мало ли кто мог тут проезжать. Может быть, просто ехал человек мимо.

– А от какой машины эти следы?

– Ну, с точностью я не могу утверждать. Похоже на «Джип», но я не уверен. Слепок есть. Если найдем похожую машину, можно будет сличить его с колесами.

Я продолжала ходить по посадкам в надежде найти еще что-нибудь, что не заметил милицейский глаз. Но, похоже, что ничего больше не было. Ни окурков, ни оторванных пуговиц, ни расчески, которые помогли бы безошибочно вычислить преступника.

Черт, ну почему так не везет! В каждом детективном романе убийца забывает на месте преступления какую-нибудь вещь. По ней его и находят. А в реальном случае нет ничего подобного.

Я побродила еще немного и отказалась от бесплодных поисков. Молча подошла к машине и села в нее. Жора сел за руль, и мы поехали в город.

По дороге Жора еще несколько раз предлагал заехать к нему домой, «чтоб он мог меня успокоить и пожалеть». Жалости мне в этот момент совершенно не хотелось.

– Жора, ты достал мне адрес брата Маслова?