Она тут же сорвалась с места, покрутилась около академика, повертелась возле Вани, пообщалась с местными жителями, продолжавшими наблюдать за работой и, вернувшись, сказала:

– Значит, так! Зовут – Стас. Фамилия Теплов. Только что окончил школу с золотой медалью. Еще не поступил в наш институт, но уже любимчик Владимира Всеволодовича. Впрочем, у него и папаша тоже академик!

– Тоже историк? – уточнила Людмила.

– Нет, кардиохирург. Светило. Причем такого уровня, что сейчас ему предлагают целый дворец под клинику в Москве или под Санкт-Петербургом!

– Дворец – под клинику! О, времена, о, нравы! – с осуждением покачал головой сразу ставший хмурым Александр.

Юля бросила на него быстрый взгляд и с еще большей охотой продолжила:

– Но сынок и сам, видать тоже в академики метит. Причем, в ранние. Говорят, он выиграл какую-то такую олимпиаду, что может теперь без конкурса поступать в любой вуз России и даже нескольких крупных стран. А еще у него есть настоящий диск с его собственными песнями!

– Да ну? – не поверила Людмила.

– Точно говорю! Правда, там только его стихи…

– И только-то? Я думал, он поёт, а он всего лишь поэт! – разочарованно протянул Александр.

Но Людмила была иного мнения.

– Надо же, сколько достоинств… - задумчиво проговорила она.
– И еще из себя - очень даже ничего!

– Да и девочка возле него тоже, что надо! – в пику Людмиле, с ревностью заметил Александр, но, приглядевшись к Лене, уже совсем другим, масляным тоном сказал: - Даже более чем очень-очень!

Юля метнула на него настороженный взгляд:

– Ты это брось! Ей еще пятнадцати нет!

– Надо же, и не скажешь… - покачал головой Александр. – Вот что свежий деревенский воздух и натуральные продукты с людьми делают! Но я же ведь не буду ей в паспорт заглядывать!

– Ты не будешь – суд заглянет! – строго предупредила Юля и еще более угрожающе усмехнулась: - Если, конечно, до него дело дойдет…

– Это еще почему? – не понял Александр.

– А потому, что у ее брата кулаки, как пудовые гири. Ты ими полминуты по утрам занимаешься, а он их целый день на себе носит! И отец у нее лесник, гроза местных браконьеров. Говорят, он даже сидел за убийство, правда, потом это не подтвердилось, и его выпустили. Но все равно представь, какое решето он может из тебя сделать из-за родной дочери. Так что и мечтать об этой Ленке забудь!

Юля сделала страшные глаза и уже чуть слышно, самой себе, прошептала:

– А вот что касается Стаса…

Она незаметно, но очень внимательно посмотрела на Александра и Людмилу, затем на Стаса и Лену и, явно затаив свою думку, загадочно усмехнулась…

3

– Это все для тебя…- опустив покрасневшее лицо, чуть слышно прошептала Лена.

Молчание Стаса с Леной грозило затянуться, наверное, до конца работы, если бы девушка не нашла в себе решимости сказать первой:

– Ну, здравствуй, что ли…

– Здравствуй… - тепло, но каким-то задумчивым голосом отозвался Стас.

– Приехал, значит?

– Значит, приехал…

– Ну, еще бы – такие раскопки! Сам Владимир Всеволодович пригласил…

– При чем тут Владимир Владимирович? Меня приглашали и в другие партии. Например, на Урал, в Крым… Очень перспективное, между прочим место: эллинская культура, шестой-пятый века до Рождества Христова. Привозные предметы из Афин. Самый красивый классический период: одни вазы чего только стоят. Представь: спортсмены-олимпионики, подвиги героев, амазонки…

– Ну и так что же ты туда не поехал? Раскапывал бы себе днем свои прекрасные амфоры с нарисованными амазонками, а потом загорал и купался в море с живыми!

– Так-то оно так, но… античная археология меня интересует все меньше и меньше. Конечно, все, что связано со временем жизни Христа – это свято. Но – теперь главная сфера моих интересов - Русь и Россия. Это же ведь тоже неотделимо от Него. – Он помолчал и, словно не сразу решившись на это, добавил: - И потом есть еще одно серьезное отличие тех мест от этого.