Зафоду начало казаться, что с Тором он малость продешевил.

— Сдается мне, нам стоит подумать насчет премиальных. Я хочу сказать, Хилли, торпеды-то не маленькие.

Хиллмен даже не посмотрел в его сторону.

— Во-первых, не зовите меня «Хилли». «Хилли» звала меня бабул… бабушка, а вы все, вместе взятые, ее мизинца не стоите. А во-вторых, насчет премиальных — поцелуйте меня в задницу.

Борт «Бюрократического тупика»

Джельц поднял палец вверх, привлекая внимание команды.

Я мог бы сломать папин палец, в отчаянии, близком к суициду, думал Непрроходим. А потом заткнуть ему чем-нибудь рот… может, своей ногой. Как он тогда отдаст приказ?

Папа запросто откусит мне ногу, сообразил он. А потом напишет приказ кровью на столе.

Палец покачался в воздухе, призывая всех затаить дыхание.

А потом опустился и надавил на кнопку связи.

— Убить этого бога, — как-то даже флегматично произнес Джельц.

И тут поднялся и ткнул в экран переднего обзора палец Непрроходима.

— Мне кажется, это Тор, сэр. Тот самый Тор. Вы уверены, что хотите…

— Убить этого бога, — повторил Простатник Джельц, на этот раз с ударением на каждом слове.

Торпедист трижды дернул храповик, потом прижался ртом к переговорной трубе.

— «ГЛИСТ» пошел. Богу осталось жить всего ничего, сэр, — доложил он.

Бабуля

Форду Префекту удалось взломать несколько сайтов суб-эты, и теперь он наблюдал разворачивающееся над Бабулей сражение на экране своего «Путеводителя» одновременно в нескольких ракурсах.

— Мой букмекер принимает десять к одному на вогонов, — сообщил он Артуру. — Поставил несколько тысяч на старину Рыжую Бороду. — Он пожал плечами. — А почему бы и нет? Если выиграю, так по-крупному. А проиграю — все равно никто из вас не услышит моих стенаний.

— Полагаю, неуязвимого для бомб полотенца у тебя нет? — предположил Артур.

— А то! Есть и неуязвимое для бомб полотенце, и преобразовывающая материю подушка впридачу.

Артур даже улыбнулся.

— Эй, настоящий сарказм. Отлично, приятель, ты все-таки учишься.

Что-то на экране «Путеводителя» отвлекло Форда от разговора. Он ткнул пальцем в угол окна, увеличивая изображение.

— Что это, Зарк подери, за фигня?

Артур придвинулся к нему взглянуть.

— Еще один конь?

— Нет. У этой красотки голограмм нет. Посмотри, какая здоровая! Я астероиды видел мельче этой штуки.

Артур попытался плотнее запахнуть полы халата, которого на нем не было.

— Но Тор ведь ее проглотит, правда? Он ведь бог. Нам нечего бояться, да?

— Она нацелена не на Тора, Артур.

— Дай угадаю куда…

— Не бери в голову.

— Тоже верно. Слушай, у тебя не осталось больше ни одной палочки радости?

Верхние слои атмосферы Бабули

По правде говоря, Тор немного красовался перед камерами: крутил фигуры высшего пилотажа, камнем падал сквозь фосфоресцирующие облака, заголял для смотрящих трансляцию дам загорелое бедро. Для вящего эффекта он разносил в хлам торпеды в такт музыке.

Слишком легко все это получается, подумал он. Еще немного, и зрителям может надоесть.

И тут его барабанные перепонки засекли свист другого двигателя. Негромкое пыхтение небольшого реактивного движка, толкающего что-то тяжелое. Эти вогоны пытались что-то мимо него тайком протащить.

Небрежным ударом молота Тор разнес последнего коня… то есть последнюю торпеду и окинул взглядом темнеющий небосвод. Его божественный взор обнаружил какую странную штуковину, закладывающую вираж в направлении города смертных.

Эти ублюдки пытаются меня зарплаты лишить.

Вплоть до этого мгновения Тор полагал, что обойдется с бюрократическими агрессорами милосердно. Ну да, он уничтожил их снаряды, но до сих пор никто еще не плавал в космосе, глотая легкими вакуум. Что ж, после того, как он хладнокровно разберется с этой хитроумной новой бомбой, возможно, он все-таки проделает Мьёльниром в бортах вогонского корабля несколько дырок.

Тор сложил руки на груди и с безумным ускорением пронзил ионосферу Бабули. Конечно, находиться одновременно в двух местах он не мог, зато перемещаться из одной точки в другую умел едва ли не быстрее любого другого существа во Вселенной.