Недалеко от нас затрещали ветки, как будто сквозь кусты ломился лось. Придержав меня за рукав, Род осторожно двинулся вперед. Буквально через минуту он выглянул и махнул нам рукой.

— Похоже, здесь действительно кого-то ждут. А шумело так оттого, что с дерева свалился один из лучников, — шепотом сообщил он, когда мы с Тарэном подошли ближе.

Род показал нам лежащего под деревом мужика, присыпанного ветками. Невдалеке сидел еще один, привалившись к пню и опустив голову, как если бы спал. Я еще раз ударил волной по сторонам, не забыв пройтись и поверху. Надо мной затрещало, и какой-то мелкий мужичок упал бы мне на голову, не отскочи я вбок.

— Быстро, пока не пришли в себя, вяжем всех, кого найдем. И будьте осторожны, вдруг кого-то не удалось отключить, — тихо приказал я подошедшим девчонкам.

Моя команда принялась утюжить прилегающий лес и увязывать замерших мужиков. Я же, с Тарэном и Родом, прошелся до лежащего поперек дороги дерева и, просканировав пространство, осторожно выбрался на дорогу. С той стороны уже тащили первых связанных и укладывали вдоль обочины.

Настороженно оглядевшись, я подключился к выискиванию и упаковке бандюков, расположившихся в прилегающих к дороге кустах. Почти сразу же обнаружил нескольких человек, замерших с мечами в руках. Мельком удивившись слишком хорошей одежде и оружию лесных бандитов, я оттащил на открытое пространство одного мужика из этой группы и принялся быстро увязывать. Неподалеку орудовал Тарэн.

С той стороны, откуда мы пришли, послышался стук копыт. Я не стал отвлекаться на шум, посчитав, что это капитан не дождался сигнала, а, получив сообщение дозорных, что тут уже вяжут бандитов, двинулся к нам на помощь.

— Какая очаровательная разбойница, — прозвучало у меня над ухом.

Чьи-то руки обхватили меня за талию. Я от неожиданности чуть не подпрыгнул на месте. Бросив вязать морские узлы, я резко выпрямился и врезался головой в ворковавшего над ухом мужика. Не знаю, как у него, но у меня от удара перед глазами замелькали цветные пятна. Пока я приходил в себя, мужик, недолго думая, впился в мои губы поцелуем. При этом он одной рукой прижал меня к себе, а другой схватил мою грудь и сжал…

Бли-и-ин! Больно-то как! Я со всей силы врезал ему каблуком по пальцам ноги. То ли от боли, то ли от неожиданности, но он сжал мою грудь еще сильнее, хотя и прекратил целовать.

— Оторвё-о-ошь! — взвыл я.

От злости у меня перемкнуло в мозгах. Чтобы вырваться от этого наглеца, я ударил его локтем в солнечное сплетение. Как только этот псих отпустил меня, я, резко крутнувшись, отпрыгнул и от всей души засветил ему в глаз. Тот отшатнулся с ошарашенным видом.

— С-с-сволочь! Думаешь, девушки должны млеть и падать на спину от твоих тисканий?! Х-ха! Сейчас млеть и падать на спину будешь ты! — Рыча от ярости, я ринулся наносить удары руками и ногами.

Видя такое дело, кто-то из мужиков бросился на его защиту и попытался меня оттащить. Рванувший мне на подмогу Тарэн приложил защитнику кулаком в челюсть, а затем ударом ноги послал пристававшего ко мне идиота в другую сторону.

Приземлились оба эти болвана почти одновременно. Мой обидчик врезался спиной в ствол дерева и медленно сполз вниз, а его дружок влетел в ближайшие кусты.

Крутнувшись в бешенстве вокруг своей оси в поисках, на ком еще отыграться, я заметил Вакулу, который с большим дрыном в руках гонял несколько солдат. Неподалеку от него Орра проделывала такое же упражнение. Дальше по дороге тоже происходило сражение. Если к кузнецу и воительнице не было возможности близко подойти, то некоторые из моих людей вели бой с противниками, вооруженными мечами.

Ну они совсем обнаглели! Я тут на дело пошел, чтобы избежать потерь, а они… га-ады! Сосредоточившись, я от всей души и злости, бурлящей в этой самой душе, зарядил в дерущихся. Вот только не успел сообразить, чем именно. Все, кто находился в зоне видимости, замерли, как бы прислушиваясь к себе. Затем, выдавив из себя что-то типа: «Я еще не закончил с тобой разбираться. Продолжим позже», народ, держась за животы, стал срочно расползаться по кустам.

— О-о-о… — сообщил я небу, когда понял, чем это все получили.

Боль в груди постепенно затихала. Тихо матеря этого мужика и судьбу, загнавшую меня в женское тело, я сделал для себя вывод: либо женщины просто мазохистки, либо все фильмы врут, показывая баб, разомлевших от тисканья мужиками. Какое же тут — приятно?! Это ведь так же больно, как если мужику промеж ног навернуть!

Оглянувшись, я заметил Тарэна, стоящего с посохом в руках. Обнаружив, что я на него смотрю, он, старательно изображая серьезное лицо, показал большой палец, намекая, что одобряет мои действия.

— Что делать с придурками, рискнувшими к вам пристать? — подойдя, поинтересовался он.

— Свяжи их, на всякий случай, тоже, — все еще кривясь от боли в груди, ответил я.

Из-за поворота выехала оставленная мною группа во главе с Лэртом и капитаном. Когда они увидели стопки связанных мужиков, лежащих вдоль обочин, их лица начали вытягиваться. К тому же никого из моей команды, кроме Тарэна, Рода и, разумеется, меня, на открытом пространстве тоже не наблюдалось. Недоуменно озираясь, Лэрт и капитан направились ко мне.