но и даже посмеялись. Глядя в этот момент на него, я вдруг отчетливо почувствовал, как оно бывает на душе, когда валом идут отрицательные эмоции.

Николай Игнатович поднял глаза, в глазах неукротимый блеск. В этот момент он показался мне несокрушимой скалой. Как и там, на улице Жлобы, 2. Таким он бывает, когда загорается в глубине души праведным гневом и глубокой жаждой превозмочь, перебороть злые наши времена.

Мудрые мира сего говорят — человек физически стареет, а дух в нем крепнет. Поистине так!

В условиях и в ситуациях политической борьбы, делового порыва и нависающего хозяйственного «надобалдашника» особенно в трудную, казалось бы безысходную, минуту он становится твердокаменным человеком. Часто бескомпромиссным. Неистовым! Хотя по сути своей — он мягкий и даже стеснительный человек. Угинается, когда в его адрес раздаются похвалы. Как угинаюгся от пули, свистящей у виска. Дифирамбы и лесть в глаза — суть настоящие пули, выпущенные на поражение. И направлены не только, или не столько, в сердце, но глубже — в само тщеславие. Поэтому на недавней краевой конференции «Отечества» он в резкой форме потребовал прекратить славословие в его адрес. Ибо оно не поднимает его авторитет, а роняет. И служит не во благо дела, а во вред.

Однажды я присутствовал на планерном совещании. Это было в начале весны после выходных. Открывая совещание, Николай Игнатович улыбнулся в зал: «Кто уже посадил картошку?» Зал ответил дружным молчанием. «Никто? А я вчера посадил двадцать четыре ведра. Так что мой урожай уже растет. Поторопитесь, господа, товарищи! Не опоздайте».

Это на выходные он ездил в станицу, к маме. Помогал ей в огороде. Именно там, на земле, он черпает силы, находит отдохновение душой и телом. Любит он землю, Я уже говорил об этом выше. И позволю себе повториться по той причине, что, услышав про картошку, увидев его в хорошем настроении, отдохнувшим, я вспомнил греческий миф об Антее. Помните, когда его покидали силы, стоило ему прикоснуться к земле, и он обретал новое могущество.

Человек от земли, Николай Игнатович черпает силы в работе на земле. Подобно Антею. Физические и духовные. Как и все русские люди. Наши «демократы» это хо — Николай Игнатович Кондратенко

рошо знают. Вот почему они остервенело хотят лишить нас земли, добиваясь закона о купле — продаже Матушки!

Меня осенила эта жуткая догадка именно в тот день, когда я, глядя на отдохнувшего губернатора, вспомнил гениальный миф об Антее. С тех пор у меня сердце дрожит, когда «демократы» заводят речь о варварских своих домоганиях по земле. Теперь-то я наверняка знаю, что простой народ, может и не зная о мифическом Антее, интуитивно понимает, что земля — основа всему сущему. Она дает и пищу, и жизнь, и духовность, она рождает и таких людей как наш Батько Кондрат.

Он прост и непритязателен. Хотя порой бывает непостижимым. Тучи журналистов местных и столичных донимают его вопросами — что да как? Стараются откопать в нем нечто такое. Одни ищут в нем положительное, другие… И находят. Пишут статьи на целые полосы. А то и развороты, подчас диаметрально противоположные по содержанию и духу. Хочется дать совет этим искателям: обратите внимание — он часто говорит экспромтом, открыто, наотмашь, если можно так выразиться. И в этом весь он. Ему нечего от людей прятать: все — и грешное, и праведное — при нем, в нем и для всех.

Отказался признать себя человеком года. Отчасти потому, что это была та самая пуля — лесть и пущена она была на поражение. Отказался по нескольким причинам, отчасти от сознания ненужности славословия. «Я сразу мысленно представил, — сказал он в интервью, — как на это отреагирует 265 матерей, которые потеряли своих сыновей в Чечне? Тела многих погибших в этой неправедной войне до сих пор лежат неопознанными в рефрижераторах в Ростове» И: «Я благодарен за добрые слова в мой адрес тем, кто верит в меня. И в то же время в памяти свежи еще страницы из нашего недавнего прошлого с чередой наград высшим руководителям государства. Вспомните, как большинство из нас, советских людей, стыдились за генсека, взявшего себе очередное звание. Но некому тогда было крикнуть: «Братцы, а король-то голый!». И далее: «Могу ли я сегодня быть удовлетворен своей работой, если не остановлено падение уровня жизни кубанцев? Осознание этого не позволяет мне рваться ни к правительственным наградам, ни к восхвалениям».

Недавно на выездном пленуме Союза писателей России ему было присвоено почетное звание «Сын Отече

ства» и вручена премия, которую он тут же передал бедствующему нашему поэту Анатолию Шипулину.

Драматична и светла судьба Николая Игнатовича Кондратенко, как и судьба самой России. О нем я бы сказал словами народной песни 1812 года: «Судьба играет человеком, она изменчива легко, то вознесет его высоко, то в бездну кинет глубоко».

От простого сельского труженика он поднялся до губернатора края. В черные дня него дни кубанцы не забывали его, избирали депутатом Госдумы и Совета Федерации Федерального Собрания. А в декабре 1996 года Николай Игнатович, несмотря на происки «демократов», с триумфом одержал победу на выборах главы администрации Краснодарского края.

Из предвыборной программы:

«Остановить развал производства, беспредел цен, приведший к обнищанию народа. Возродить былую мощь России, бороться за достойное место Кубани в обновленной федерации. Поставить заслон распродаже земли и других богатств России, коррупции, мафии, теневому капиталу. Делать все возможное для улучшения жизни простых людей, защиты их интересов».

Вступил в должность под зубовный скрежет «демократии», которая не перестает травить его в печати, ставить палки в колеса и ныне.