Шрифт:
– Неплохо!
– бросил он.
– На эту драку смотреть было не противно… Ты ничего не забыл?
Орешек хлопнул себя по лбу:
– Пра-авильно! Я сейчас!..
Выскользнув из дружеских лап, он нырнул в толпу. За спиной услышал недоуменный возглас кого-то из разбойников:
– Куда это он?
И высокомерный ответ Аунка:
– Деревня! Прешта! Порядка не знаешь! Победитель должен предложить побежденному вместе выпить и не таить друг на друга зла…
Вернулся Орешек быстро. На вопросительный взгляд Аунка ответил весело:
– Не идет он. Говорит, что я тварь поганая и чей-то там сын, я не разобрал, чей именно. А жаль, меня всегда интересовал этот вопрос…
– Не умеет проигрывать!
– фыркнул Аунк.
– Слабак!.. Ладно, парни, захватываем трактир и гуляем!
Обернувшись к Орешку, он добавил негромко:
– С утра - опять за работу. У нас осталось восемьдесят девять дней…
Повернувшись в постели, Орешек задел щекой кожаные ножны. Открыв глаза, печально улыбнулся.
Аунк был - как этот клинок…
Мысль о клинке немного развеяла грусть. Подумать только - меч с клеймом Маленького Города!
Про Юнтагимир ему тоже Аунк рассказывал…
Снова нахлынули воспоминания. Вот сидит он, прислонившись к стволу вяза, и, как это называется, отдыхает от тренировки… Ничего себе отдых! Хозяйке Зла бы всю жизнь так отдыхать! Левая рука мнет, мучает правую - выламывает, чтобы гибкой была, подвижной… Вей-о! Больно!
А этот изверг, этот зверь устроился рядом: присматривает, чтоб ученик от пытки не увиливал, а заодно ведет, гад, милую беседу. Разумеется, о мечах, о чем же еще! Этот ненормальный не интересуется ни выпивкой, ни женщинами, ни лихими разбойничьими приключениями… ничем, кроме железа, должным образом закаленного и заточенного!
– Хорошую сталь умеют варить в Наррабане, но я никогда не одобрял их мечи. Конечно, для конников легкие изогнутые клиночки годятся… ты слышал, конечно, про наррабанскую конницу… А сними такого вояку с седла да поставь его на своих на двоих против нашего воина с настоящим, увесистым мечом - тогда и увидишь, чего она стоит, гнутая игрушечка!.. Грайанские оружейники стальных мечей почти не куют, сплошь железо. Воину высокой выучки такое оружие не с руки, но рядовому наемнику, которому стальной клинок не по карману, недорогой мечишко подойдет. Проверь любой большой отряд: на полсотни железных мечей - один стальной. Хорошее оружие делают в Ваасмире, но имей в виду: купцы под видом ваасмирских клинков норовят сбыть всякую дрянь. Хочешь обзавестись настоящим мечом - не поленись съездить в Широкий Город. Или в Яргимир - там тоже есть две мастерские, до железного барахла не опускаются. Я нарисую тебе их клейма.
Стараясь скрыть гримасу боли, Орешек спрашивает:
– А где делают самые лучшие мечи? Не в Грайане, а во всем мире?
– Уже не делают - с тех пор, как погиб Юнтагимир.
От изумления Орешек прекращает издеваться над своей кистью.
– Ты что мне сказки рассказываешь? Это малые ребятишки верят в четвероруких мастеров из Юнтагимира!
– Почему - четвероруких? Люди как люди были, только мастера очень хорошие… Эй-эй, отдыхать вздумал? Мышцы остынут, потом опять разогревать… А ну - мягко, нежно, бережно… Не морщись, от этого еще никто не умер.
– Не хочу стать первой жертвой…
– Не ной, работай! О чем мы… ах да, Маленький Город… Был он где-то в Черных горах, жили в нем умелые и умные люди - нам лет сто учиться надо, чтобы такими стать. У них был обычай: когда мальчишке исполнялось пятнадцать, он уходил из города - в Грайан, Силуран, Наррабан, Ксуранг… словом, куда хотел. Устраивался учеником к ремесленнику, слугой к ученому, подручным к торговцу, помощником к переписчику книг: искал место, где можно побольше узнать. Лет через пять-десять возвращался домой и рассказывал, что полезного выведал. Только не понимаю, зачем это было надо, они сами весь мир могли научить уму-разуму. Где находился город - держали в строгом секрете, торговлю вели через доверенных лиц. Покупали зерно, вино, масло, а что продавали - словами не описать! Любые изделия из металла, украшения, изумительные драгоценные камни - до сих пор не найдены копи, откуда они взяты. Ткани сами не делали, но покупную материю так расшивали золотом и серебром, что глаз не оторвать! Но главное - оружие. Они его делали мало, зато такое, что могло рубить камень, пушинку на лету рассекало… Жили, говорят, дружно, не старались разбогатеть за счет соседа. Рабства у них не было…
Такого наглого вранья Орешек стерпеть не может.
– Кто-то чушь нес, а ты повторяешь! Раз они металлы варили, стало быть, руду добывали. А где рудники, там и рабы. По доброй воле никто под землю не полезет!
– Говорю тебе, они были умнее нас лет на сто. Умели так работать, что труд был не в тягость, даже в рудниках.
– Ну и откуда все это известно?
– фыркает ничуть не убежденный Орешек.
– Забрел к ним один Подгорный Охотник. Они его приняли, приветили, но из города не выпустили, чтоб никому не раскрыл их тайны. Только через несколько лет ему удалось бежать. До самой смерти рассказывал о чудесах, которые видел в Маленьком Городе.
– Это не про него сложили поговорку: «Врет, как Подгорный Охотник»?
На губах Аунка мелькает тень улыбки.
– Оставь кисть, хватит пока… Может, и про него. Знаешь, до чего он доврался? Говорил, что самую тяжелую работу за горожан делал пар.
– Что-о? Какой пар?
– Обыкновенный, от кипящей воды. Разводили, говорит, огонь под котлом таким особенным, он закипал и работал за людей…
Орешек хохочет - так понравилась ему эта картина: волшебный котелок с ручками и ножками соскакивает с огня и хватает кузнечный молот.