Шрифт:
– Я знал, знал!
– выбился из общего гама голос Рифмоплета.
– Такие не погибают! Я первый сказал - Сокол в другом месте выберется… надо склон осмотреть…
– Ну уж нет!
– возмутился Челивис.
– Это я первый сказал - склон осмотреть! Кстати, я прихватил меч господина.
– Вот уж спасибо так спасибо!
– от души сказал Ралидж, принимая из рук Челивиса Саймингу.
– Кстати, вы не видели здесь… ну… кого-нибудь чужого?
Все переглянулись и дружно замотали головами.
– И все-таки здесь кто-то был… - задумчиво сказал Ралидж - и сам удивился своим словам. Почему - «кто-то»? Он же узнал этого человека!
Нет, он наверняка ошибся. Не мог же, в самом деле, это быть купец Аншасти!..
28
Если бы Орешек и Ингила вновь увидели поляну, на которой звучали возвышенные строки «Принца-изгнанника», они нашли бы там лишь одно изменение: сарай щеголял новенькой дверью. Впрочем, сейчас дверь эта была приоткрыта и не мешала двоим пленникам уныло глядеть, как бабка прилаживает над костром чугунный котел.
– Не бойся, мой мальчик!
– успокаивающе сказал Айрунги.
– Эти идиоты нас даже не обыскали. Ожерелье при мне. Мы всегда сумеем сбежать.
– Ой, не надо!
– встрепенулся Ильен.
– То есть… я хотел сказать… да, конечно, сбежим. Только, ради Безымянных, надо бы ожерелье в покое оставить! Ты же обязательно что-нибудь придумаешь! А эта вещь…
– Ладно, ладно, там видно будет… - рассеянно отозвался Айрунги. Куда внимательнее он вглядывался в манипуляции бабки над котлом.
– Эй, почтенная!
– повысил он вдруг голос.
– Что ж ты своих друзей так скверно кормить собираешься?
– Вот возьму сейчас палку и меж ушей причешу!
– меланхолично отозвалась старуха, не оборачиваясь к пленникам.
– Тебе-то что за печаль? Тебя угощать не стану!
– И хвала Безымянным! А палкой мне не грози. Мне хуже палки - глядеть, как ты заячью тушку зря извести намерена. Это что ж за блюдо получится: вода, заяц - и все!
– Соль еще… - растерялась под таким напором бабка, но тут же вспылила: - А ты кто таков, чтоб учить? Повар, что ли?
– Да, повар!
– гордо воскликнул Айрунги.
– И еще какой повар… чтоб тебя, дуру старую, Хозяйка Зла в твой же котел запихнула!
Старуха пропустила мимо ушей оскорбление - так заинтересовали ее слова пленника. Раб, мастерски владеющий каким-нибудь ремеслом, - товар ценный. Можно рискнуть и продать такого не на рудник за бесценок, а понимающим людям за приличные деньги.
Оставив котел, она подошла к сараю, присела у порога.
– Врешь небось. Если повар, почему на постоялом дворе у Кринаша бродячим лекарем назвался?
– А чтоб погоню со следа сбить!
И Айрунги унылым голосом сплел историю о том, как его нанял на год некий знатный и могущественный господин. Пораженный талантом Айрунги, господин решил оставить повара у себя навсегда. А что может сделать маленький человек? Ведь никому не докажешь, что ты не раб, за большие деньги купленный в дальней стороне! Остается одно - бежать… с помощью вот этого славного мальчика, который сжалился над бедолагой поваром. А по пятам за ними - ищейки господина, который не представляет своей дальнейшей жизни без телячьего жаркого с яблоками по-наррабански и без сладкой запеканки «Поцелуй горной феи»…
– Все равно врешь… - неуверенно протянула бабка.
– раз такой мастер - скажи, с чего ты на меня взъелся? У меня ж только и есть, что соль да заяц! Тут уж как ни крутись, а ничего путного не сваришь.
– Оглянись, глупая женщина! Ты же в лесу!
– Ну и что? Было б лето - я б щавеля набрала, а так…
– Щавель - это хорошо, но и осенью можно набрать много съедобных растений… а уж корешки, корешки! Они как раз сейчас набирают настоящую силу. Можно так заправить похлебку… ах, какой аромат пойдет по лесу! Зайцы сбегутся к костру и в очередь встанут, чтобы ты их в котел засунула!..
Не ответив, старуха встала и исчезла за углом сарая. Ильен бросил тревожный взгляд на учителя. Тот сидел, небрежно прислонившись к стене и устремив безмятежный взор мимо костра, в лесную чащу. Если бы не связанные за спиной руки, он казался бы хозяином здешних мест.
На порог упала тень. Над пленниками встала старуха с арбалетом в одной руке и ножом в другой. Тяжелая короткая стрела обещающе глядела в лоб Айрунги.
– Вот что, повар, - неласково сказала бабка, - ты сейчас свое мастерство покажешь. Да смотри у меня! Дернешься разок - и тебя самого жарить придется. До золы. Что у Кринаша было - такого не вытворять!
– А что у Кринаша было?
– изумился Айрунги, распахнув чистые честные глаза.
– Я там перепугался до смерти! По сей день ничего не понимаю. А мальчишка мой с тех пор по ночам от страха кричит.
Ильен закивал, старательно изображая испуг. Не очень-то У него это получилось. Впрочем, бабка все равно не сводила глаз с Айрунги. Она осторожно положила арбалет на землю, ловко разрезала веревки на руках у пленника и снова подхватила оружие.
– Вставай! Пошли!
– А корзинка найдется? Для кореньев…