Курт преградил рукой проход и придержал ногой дверь. После чего сверкнул глазами на Лизабет и прошептал:

— Ты поразительная особа, Лизабет. Почти всегда ты мне кажешься забавной и обычно ничуть меня не раздражаешь. Но когда вдруг начинаешь строить из себя невесть что, я этого не выдерживаю. Ты что, считаешь себя единственной, кому дорога Сасс? Или ты одна знаешь, что для нее хорошо? Ну, так я сообщу тебе новость. Ты знаешь не так много, как тебе кажется. Я сплю с этой женщиной, я разговариваю с ней среди ночи. Я знаю, что творится в ее голове, а когда не знаю, то беспокоюсь.

— Это весьма благородно с твоей стороны, Курт. Уверена, что Сасс это ценит. Я пыталась убедить тебя, что у меня такие же заботы, но ты, по-моему, не захотел это услышать. Ты задал мне вопрос, и я ответила. Ты предпочел не заметить этого и начал со мной спорить. Не понимаю, почему я должна улыбаться и пытаться тебя убедить, что мое мнение имеет право на существование. Это пустая трата времени. Извини, но мне пора браться за свою работу. Я должна позаботиться, чтобы эта вечеринка прошла успешно. Не ради тебя, а ради Сасс. Единственное, в чем мы с тобой сходимся, — это в желании снова увидеть ее улыбающейся.

Лизабет двинулась вперед, с негодованием оттолкнув его руку. Он только покачал головой, глядя ей вслед. Лизабет самая высокомерная особа, каких он только встречал в жизни. Ему попадались красивые и надменные женщины, и это он еще мог простить. У тех и впрямь имелись основания задирать нос. Но Лизабет?

И все-таки Сасс она нравится — трудолюбива, старательна, легко проникает в толпу гостей, роящихся вокруг дома, ходит среди них почти невидимая. Видимо, в таких случаях выгодно обладать незаметной внешностью. Да и в конце концов, кто бы стал делать всю работу без Лизабет?

— Я говорил ей десять раз, что этот проект как раз для нее, — горячо говорил Ричард, бросая взгляды на Сасс, хотя разговаривал с Марком Эвереттом, главой студии «Сони». — Однако Сасс все еще никак не может опомниться. Ты ведь знаешь, какой напряженной была работа над «Перекрестным огнем». Думаю, что ей потребуется еще некоторое время. И уж тогда мы будем готовы к разговору. Верно, Сасс?

Сасс вздрогнула и подняла голову, внезапно осознав, что разглядывает кнопки на рубашке Марка Эверетта. Вечеринка их не предполагала наличие черных бабочек, но ведь он приехал откуда-то еще. Сасс нравились мужчины в смокингах, но у мужчины во фланелевой рубашке такой земной, успокаивающий вид. В нем что-то есть. В мужчине, живущем далеко в горах на…

— Извини, Ричард. Боюсь, что я отвлеклась.

Марк рассмеялся, и Сасс отвела взгляд от Ричарда, глядевшего на нее со смесью едва скрытого разочарования и озабоченности.

— Сасс, и не слушай этого старого козла, — посоветовал Марк. — Если бы я мог устраивать себе после каждого фильма отдых месяца на два, клянусь Богом, я бы это делал. Не беспокойся. Если ты серьезно думаешь поработать с нами над «Островом», то так и скажи. Мы немного подождем и займемся второстепенными съемками. Курт уже намечается на вторую главную роль.

— Ах, Марк, это чудесно, — встрепенулась Сасс. Это была и впрямь прекрасная новость. — Я надеюсь, что ему достанется эта роль. Курт талантливый актер. Я надеялась использовать его в…

— Я уверен, что Курт с ней великолепно справится. — У Ричарда лопнуло терпение. Он так грубо вмешался в разговор, что Сасс отпрянула, однако его предостерегающий взгляд заставил ее молчать. Ричард не хотел больше ни слова слышать об Аляске, Ирландии и той книге. — Сасс, я не думаю, что Марку интересно выслушивать разговоры о том, что могло бы быть, но не вышло. И вообще, давайте забудем о делах. Лучше совершим набег на столы. Закуски просто замечательные.

Ричард подхватил под локти Сасс и Марка и увлек их к ломившемуся от закусок столу возле бассейна. Они не прошли и двух шагов, как Марка позвал юрист, имя которого Сасс забыла. Она направилась дальше с Ричардом, вежливо сторонясь людей, пытавшихся как-нибудь обратить на себя ее внимание, слишком сердитая, чтобы остановиться и поговорить с кем-либо.

— Что все это значит? — сурово поинтересовалась Сасс, не убирая с лица улыбки.

— Тебе не обязательно рассказывать свою маленькую историю всем на свете, Сасс. Ты начинаешь производить несколько странное впечатление, пойми. Ты не видела, как на тебя смотрят люди. Никто даже и не слышал про эту глупую книгу, и никому не интересно, что ты ездила на Аляску, чтобы купить права на нее. Так почему бы тебе не вести разговор о том, что по-настоящему интересно гостям, а не делать из себя ребенка, захотевшего пони, хотя сама живешь в самом центре Нью-Йорка. Никому это не интересно, Сасс.

— Извини меня, Ричард, но я не верю, что существуют правила беседы за коктейлем. Я не просила устраивать эту вечеринку, но раз уж эти люди приехали сюда, так почему бы не поговорить о чем-то еще, кроме зрительского рейтинга, новых голливудских скандалов или интерьера для съемок? Почему бы мне не рассказать о книге, поразившей меня?

— Потому что ты никогда не снимешь по ней фильм.

— Откуда у тебя такая уверенность? Боже, Ричард, неужели ты стал таким узколобым? Я считаю, что всей этой толпе не мешало бы читать что-нибудь, помимо выжимок из сценария на двадцати страницах.