– Немыслимо, - шепнула Адэль, - Почему я не знала...? Разве такое возможно...

– Видимо да, - ответил Филлириус, - И то, что эта магия у нее все-таки есть, и вправду, делает ее намного более опасной, чем мы считали ранее.

– И, что же нам следует делать?
– задумчиво спросил Стивен.

На секунду друзья задумались, и всем пришла в голову одна мысль, которую он сам и озвучил:

– Понятно. Идти еще быстрее.

Глава 29. Море Йараев.

Морозы все переживали одинаково: крестьянин ли король. Хотя крестьянам все-таки было хуже. Зима не выбирала и не делала различий.

Рона зябко куталась в простую длинную шубу. Бенджамин ехал рядом с ней и с жалостью смотрел, как она тщетно пытается согреть окоченевшие пальцы. Они направлялись к лесу Руан, на южной границе Сарлакаса. Заметив это, Бенджамин беспокойно спросил:

– Рона... Госпожа, до Рэннеса проще добраться по морю, а затем по реке, так мы попадет прямо город, и потратим втрое меньше времени.

Рона, насторожившись, вскинула руку. Эскорт из людей и гончих остановился. Встревоженно глядя по сторонам, Рона вслушивалась в тишину. Генерал даже не успел сообразить - послышался свист, из груди и спины Роны вырвался воздушный купол, и град стрел завис в сантиметре от их лиц. Засада. Рона взмахнула рукой, послала стрелы обратно, и снег между деревьями окрасился кровью. Откуда взялись стрелки? Кругом снег и редкие деревья. Ни единого следа, кроме их собственных. Генерал оглянулся назад. Рона успела укрыть людей лишь в радиусе десяти метров от себя. Остальные либо попадали замертво, либо были ранены. Кому-то повезло избежать стрел. Снова повисла тишина. Всего на секунду. Вдруг в уши ворвался слаженный возглас:

– Убийте имперскую шлюху!

Прямо из-под снега повыскакивали вооруженные люди. Бенджамин вытащил Разящие - два меча, служивших ему верой и правдой уже много лет. Рона сняла с пояса кнуты. Первым взмахом бичи Сартраса лишили голов сразу троих. Направив кнут на очередного нападавшего, вторым Рона обхватила Бена и рывком выбила его из седла. Через секунду град заостренный камней пролетел над всей процессией убивая мгновенно и наверняка. Дело рук мага. Спрыгнув с лошади, Рона хлестнула её по боку и велела скакать прочь из леса - если Люцирона убьют, без его скорости Рона не успеет догнать герцогиню и её шайку. Расправив плечи, Рона принялась искать мага, и попутно отметать нападающих. Бичи Сартраса были словно продолжением её рук, но более гибкими, более длинными, а при надобности и более короткими. Рона мысленно указывала им направление, и они бросались на всякого кто приближался к ней. Стоило кому-то подобраться слишком близко, Рона укорачивала кнуты и действовала ими как кинжалами. Маг нашелся быстро. Рона почувствовала, откуда исходит его дар и кинулась туда. К её удивлению маг сам бежал в её сторону, видимо надеясь, застать врасплох. Завидев Рону, он выпустил огромный шар горячего воздуха и сразу за ним град острых как лезвий камней. Рона отбила шар ногой и тот, отлетев в массивный ствол, сшиб дерево. Раскидав камни движением руки, Рона выбросила руку вперед. Кнут кинулся на мага, схватил его за запястье. Рона раскрыла свой дар и пустила по кнуту огненную волну. Добравшись до мага, огонь охватил его и сжег. Разящие генерала Дриора настигали цель точно, почти без промаха. Рона повернулась. Прямо на неё бежали не меньше десяти человек. Раскручивая и вращая кнуты, Рона начала пригибаться и одновременно ударила кнутами о землю, пустив через них свою силу. Бичи Сартраса рассекли землю так же легко как плоть. Все разом, десять человек провалились в трещину. Сердце Роны замерло - на Бенджамина напали целой толпой. Он искусно отбивался, но противников было слишком много. Члены отряда и гончие кружили неподалеку, отбивая атаки. Рона присвистнула и послала трое гончих на помощь Бенджамину, но стрелы сразили зверей. Кинувшись к Бену, Рона убила по пути ещё двоих врагов, и чуть не умерла сама, сбитая волной ледяной воды. Ещё один маг. Избежав очередной стрелы, Рона, вся мокрая, вскочила на ноги и почувствовала чужой дар. Ни один. Семеро магов, сильных, окружали её со всех сторон. Отступать было некуда. Если все они пустят с Рону заклинания одновременно, она просто не успеет отбиться. Рона подняла взгляд вверх. С двух сторон росли толстые ветви. Рона вскинула руки. Повинуясь, кнуты обвились вокруг веток и дернули Рону вверх. Вырвавшись из окружения магов, Рона перевернулась в воздухе и приземлилась позади магов. Двоих она с ходу рассекла напополам бичами. Осталось пятеро. Одного мага окутал огонь, и он стряхнул его на Рону. Следом полетели камни и вода. Выпустив ответную волну, Рона потушила огненную спираль. Камни отправила обратно на магов и поразила ещё двоих. Увернувшись от холодного водяного потока, Рона едва успела остановить другого мага. Он припал к земле и пустил по ней трещину. Рона отскочила вбок, пустила кнут параллельно земле, и он обвился вокруг лодыжки мага. Потянув на себя, Рона затащила мага в им же созданную трещину, и тут же закрыла её. Когда Рона подняла голову, двое оставшихся магов исчезли. Послышались шаги сзади. Рона успела обернуться до того, как маг ударил её в спину огненно-каменной рукой. Схватив мага за горло, Рона выпустила все четыре стороны дара и маг рассыпался в прах.

Последний маг оказался самым искусным. Рону отбросило волной воздуха. Маг начал забирать у неё кислород. Рона задыхалась. Подоспевший Бен насквозь проткнул мага Разящим.

– Прикрой меня!
– крикнула Рона генералу.

Бенджамин подал сигнал и, все кто успели, взяли Рону в кольцо. Ей нужно было сосредоточиться. Рона раскрыла дар на полную. Враги бежали отовсюду. В плечо ей угодила стрела, и сквозь нестерпимую боль, Рона смогла все-таки закончить собирать силы для удара. Она поднялась, разогнала тех, кто прикрывал её, и велела не лезть.

Сжав кнуты, Рона подождала пока враги подойдут ближе, и тогда крутанула бичи Сартраса. Описывая вокруг Роны круг, от кнутов полетела чистая магия - бесцветные потоки энергии. Они разили всех, кроме своих. Люди горели, захлебывались, задыхались, провались в трещины в земле. Рона бросила кнуты и пустила во все стороны разряды молнии. Столкнувшись с людьми, разряды набрали силу. Люди падали. Выжил только один. Увидев, что он убегает, Рона подобрала кнуты, замахнулась, и оружие схватило беглеца за горло и ноги. Мужчина повалился на снег и беспомощно затрясся, когда Рона присела около него.

– Ты из Сопротивления?

Мужчина молча кивнул и выпалил:

– Я не боюсь тебя, имперская шлюха! Убей меня!

– Сам себя убей, если тебе так надо. Я не убиваю безоружных. Возвращайся домой, - брезгливо сказала Рона, и вернулась к своему отряду, оставив мужчину испуганным, но живым.

Когда Бенджамин вытаскивал стрелу, Рона едва сдерживала безумный крик. Бен все твердил, что это 'всего лишь стрела' и бояться нечего. Рона в ответ натянуто улыбалась и напоминала Бенджамину, что любую боль она чувствует в сотни раз сильнее других. Как только Бен извлек стрелу, Рона с помощью дара залечила рану. Верный конь Люцирон, прискакал, стоило Роне позвать. Половина отряда погибла. Среди сопротивления потери были в пятьдесят человек и семеро магов. У Роны - девять гончих и двадцать три человека. Бен особенно страдал от потери солдат - его солдат. Хотя в этом походе они и подчинялись Роне, поскольку она стояла выше генерала, они все равно были его солдатами. Его старыми друзьями, что сражались с ним при Меин-Маарн, близ Пиригии, в битве против гончих Атироса и во многих других, часто легендарных, сражениях. Они все были верны своему генералу: уже много лет ведущему их в бой, делившему с ними кров и пищу в походах, и радость по возвращению домой. Правая рука Дриора - генерал-лейтенант Тирант - всегда говорил: "За хорошим главнокомандующим армия идет как за отцом". Сегодня Тирант пал. Второй лучший друг Бена Свайр Клептон был тяжело ранен, его следовало отправить обратно в Сарлакас, и даже у Роны не было гарантии, что он выживет, хотя она и обработала его раны. Генерал Дриор вынужден был скрывать боль утраты, и на душе осела глубокая печаль, которая ясно отражалась в глазах. Рона заметила его страдания.

– Не мы напали Бен, на нас напали. Мы не искали ни крови, ни смерти. Можешь винить меня, если хочешь - эти твари из Сопротивления хотели моей смерти. И твои друзья умирали, защищая меня. Так я им приказала. И они выполнили приказ с честью. Скорби о них, но не смей взваливать бремя вины на себя. Виноват тот, кто поднимает меч, Бен. Виноват тот, кто первый проливает кровь.

– Первыми пролили кровь мы, Лисса, когда начали убивать несогласных, - с грустью ответил Бен.

Рона ничего не сказала. Взгляды Бена граничили с изменой. Он не принимал новые порядки, хотя и выполнял все приказы на высшем уровне. Рона и сама не знала, почему не докладывает об этом Императору. В одном она была уверенна - Бен верен ей, а раз верен ей, то и Императору тоже.