прядей ее вы сохраните в тайне. Испытавший предательство один раз, будет бояться

его всегда.

И никогда больше не освободится.

Такая вот у меня была теория. Двенадцать лет я думал именно так. И, как оказалось,

ошибся.

Обо всем этом я думал, тупо, — бывает такой взгляд, про который говорят "поймал

точку", — глядя на окна Ирины. После чего широко улыбнулся, бросил рюкзак за забор,

и повернул домой. Вечером я собирался выпить пива, и снова начать курить. Я

освободился, поэтому больше не боялся пропасть. Перестал бояться себя и не

нуждался больше в искусственном отвлечении от своей боли. Ведь ее, боли, больше не

было.

Забавно.

Если бы не этот дурацкий плакат, рекламирующий проповеди на Республиканском

стадионе, я бы, может, еще десять лет жил, боясь себя. Не решался бы проверить,

осталась ли во мне какая-то боль. Думал бы, что она есть. И жил бы, как инвалид. И не

узнал бы, что сердце и впрямь может стать хвостом ящерицы. Вас интересует, что

именно за слоган был написан на объявлении? Сейчас постараюсь

вспомнить. Кажется, так…"Ранами Его мы исцелились"

Сейчас-то, как и все, чудом выздоровевшие, — а я все еще считаю произошедшее со

мной чудом; редко кому так везет, — я нахожу в этом некоторый смысл. Хотя, на мой

вкус, можно было бы выразиться чуть точнее.

Ранами своими мы исцелились.

Картошка мелкая, красноватая, шелушащаяся, как моя кожа после купания в

хлорированной воде, и от этого шелушения спасает только гель для жирной кожи — 2

килограмма (5 леев)

Помидоры с почему-то большой и зеленой ножкой, которую так неудобно вырезать

тупым ножом, наточить который не было времени, — 3 килограмма (10 леев)

Кабачки маленькие, в которых нет больших семян, которые вываливаются при жарке,

кабачки с зеленой кожицей, которую надо счищать, чтобы отдать земле то, что ей

принадлежит; маленькие, зеленые и благословенные — 2 килограмма (5 леев)

Мясо, еще теплая телятина, лопатка, если верить продавцу, к запаху этого мяса

привыкаешь, как муха в павильоне, где кровь льется рекой — 2 килограмма (90 лев)

Печень (говяжья), Ира еще смеется, когда я говорю "печенка", неправильно, надо

говорить "печень", — 1 килограмм — 25 леев

Курица домашняя, желтая, как лапша, которую бросят в суп из нее, и Ира снова

смеется, когда он кричит на весь павильон "боже, о боже, да ты только посмотри, они

же убили курицу!" — 1 штука (40 леев)

Яблоки, с нездоровым красным румянцем, как он две недели назад, когда лежал с

температурой высокой, как шпиль католической кирхи, когда-то разрушенной, и на

месте которой сейчас построили президентский дворец — 2 килограмма (5 леев)

Лук, маленький, жгучий и приятно пахнущий, острый, как мелкие семена острого

зеленого перца, проблема лишь в том, что эти семена нельзя нашинковать, и они не

пахнут луком — 3 килограмма (6 леев)

Арбуз красный внутри, что хорошо видно через дырочку в его толстом боку, такие

дырочки он видел в морге на боку трупа, когда писал репортаж о местных

гангстерских разборках — 5 килограммов (7 леев)

Пучок ярко-зеленого, — такого ослепительного зеленого, что, будь солнце зеленым, он

был бы цвета солнца, — острого перца — 15 штук (3 лея)

Яйца крупные, куриные, по которым вальяжно прогуливаются серые кишиневские

мухи, только что любовно перебиравшие подперьевой пух у куриц, кудахчущих на

асфальте — 20 штук (18 леев)

Виноград, мелкий и кислый, как слезы Марии, если бы ту обманул ангел,

возвестивший благую весть, свежий и честный, как жизнь, а не Евангелие — 2

килограмма (20 леев)

Укроп, пряный и свежий, мелко нарубленный, он покрывает омлет, как пузырьки

ветрянки — лицо ребенка — 2 пучка (4 лея)

Персики, персидские яблоки, как прочитал он в книге "Диетология для всех", которую

все никак не могла собраться прочитать Ирина, — 2 килограмма (10 леев)

Карпы, свежие и зеркальные, красноватые жабры которых можно облизать сырыми, и