— Если так судить — сказал я ей тогда — то, то, что твоя мама не простила отца это правильно!

И тут же замолк, увидев ее боль и отчаянье.

— Ты ничего не понимаешь! — воскликнула она, стараясь сдержать слезы.

— Прости! — взмолился я, понимая, что причинил ей боль

— Нет, уходи! И лучше больше не приходи! — вскрикнула она — Я не хочу тебя больше видеть!

Я встал и собираясь уйти, но потом замер и тихо сказал.

— Твоя мама во многом не права и я признаю, что она плохая мать, но если ты будешь дуться на нее, ты испортишь себе жизнь, вместо того, чтобы идти вперед и развиваться, я приду завтра, пока.

И я ушел, а вечером пришел к отцу, который даже и не подозревал, что сын ходит к малышке, и рассказал ему историю, только не говоря, чья она спросил совета, а отец тогда сказал.

— Дай ей время сынок и не дави. Будь другом и рядом, со временем она простит и примет все как есть.

— Спасибо тебе отец!

А на следующий день, когда я пришел к ней, выяснилось, что ее выписали, и она мне об этом даже не сказала. Оставив только записку с тремя словами

«Не ищи меня!»

Сначала я искал ее, но адреса мне никто не давал, а потом зародилась обида и горечь, я замкнулся в себе, постаравшись выбросить эту малышку из своей головы и сердца, решив, что она использовала меня, чтобы скрасить одиночество.

И вот я смотрю на ее прямую спину, и вижу красивую молодую женщину, а в моем сердце просыпается нежность и желание защитить, которые я думал, что похоронил в те месяцы.

— А ты нисколько не изменилась колючка! — сказал я, не зная, как к ней подступиться.

— Значит, узнал? — спросила она, внимательно глядя на меня

— Уже несколько недель как — ответил я, присаживаясь с ней рядом на краю ямы.

— А почему молчал? — спросила она с легкой улыбкой, которую я считал когда-то, верхним пределом ее счастья.

— Потому что ты исчезла и просила не искать — ответил я ей.

Я видел, как ее лицо погрустнело, а потом она сказала.

— Прости, я была не права.

— Я тоже был тогда не прав, прости — улыбнулся я ей, чувствуя тот покой, который когда-то испытывал рядом с ней.

Мы оба молчали думая каждый о своем, как и в те далекие месяцы и вдруг она спросила.

— Ты же ее не любишь?

Я знал, о ком она спрашивает.

— Нет, не люблю — ответил я, честно.

— Тогда почему ты с ней?

— Ее мой отец благословил, — ответил я — он умирает, и я решил доставить ему удовольствие.

— Пожертвовав собой? — удивилась она.

— Он не раз жертвовал собой ради нас, я хочу хоть чем-то его отблагодарить, чтобы он был счастлив, хотя бы в последние месяцы!

— А как же ты сам? — она внимательно смотрела на меня, и я видел ее участие и понимание, в отличие от других, она меня всегда понимала меня.

— Я справлюсь!

Она только кивнула, и снова мы молчали, глядя на грязную воду, а потом я спросил.

— Так что я должен сделать?

Наши взгляды встретились, мы оба знали, о чем речь, поэтому она даже и не стала спрашивать и просто честно ответила.

— Я не знаю.

— Тогда у тебя есть еще две недели, чтобы придумать.

Она только улыбнулась. Мы когда-то поспорили, что она не станет спасателем, она стала и теперь я ее должник. Я и тогда не знал, что она может попросить, а теперь даже гадать страшно.

— Можно я навещу твоего отца? — спросила она, как-то робко и неуверенно.

— Конечно! — воскликнул я, радуясь, что она сама попросила и мне не надо думать, как ее попросить об этом — Он будет очень рад тебя видеть!

Я видел, как просияло ее личико, и почувствовал, как разливается тепло радости в моей груди, ведь я вызвал ее улыбку, но потом, взяв себя в руки, я добавил.

— Но не сегодня, у тебя был тяжелый день, тебе нужен отдых, пошли, я отвезу тебя домой, а завтра вечером организую вашу встречу.

Она внимательно посмотрела на меня, я ждал возражений, но так и не дождался их, она просто встала и пошла к моей машине.

Ехали мы, молча, но нам были не нужны слова, как и тогда в детстве, мы общались взглядами и жестами и лишь тогда, когда мы подъехали к отелю, она сказала.

— Спасибо тебе за то, что подвез.

— Пожалуйста! — улыбнулся ей я.

Она начала выходить, но потом замерла и тихо быстро проговорила, будто боясь, что не сможет сказать.

— Спасибо, что не стал говорить о ней, для меня очень много значит этот вечер, и чтобы я тебе тогда не говорила, я очень ценила, что ты рядом, прости меня, что обидела.