– Я больше даже скажу, - Коля плеснул в стакан какой-то жидкости, - ещё не так давно я думал о мести. Мне казалось, что стоит только встретиться хотя бы с одним из них, как всё тут же станет понятно. И только сегодня до меня дошло, что нужды в ней теперь никакой: Гвоздя уже нет, а Хендрикс... В общем, это не он. Точнее сказать, не тот он. Мстить-то, получается, мне теперь некому.

– Да и ты сам на себя прежнего не очень-то похож, - уже добродушно произнёс Борщевский, ковыряясь в остатках салата.
– Был бродяга, а теперь сразу видно - человек. Заматерел. Дальше что думаешь делать?

– Дальше, говоришь? Ну раз уж так оно всё разложилось, то для начала расспросить тебя о своём начальнике, и о том, на что такое я на самом деле подписался. Есть у меня смутная уверенность, что ты его знаешь. Что он за человек, этот Удальцов?

Борщевский, казалось, собирался с мыслями. Коля терпеливо ждал. Наконец Борщ домучал несчастный салат, встал и пошёл ставить чайник кипятиться. Там же закурил, не торопясь возвращаться в своё кресло.

– Мутный он, - произнёс Борщ, не оборачиваясь к столу.

– В смысле?
– подобной рекомендации своему начальнику Коля услышать не ожидал.

– В прямом. Ты с Институтом старым связан не был, многого не знаешь... Да ничего ты, по большому счёту, про эту контору не знаешь. Разнообразный там народ обретался. Старики, в основном, все энтузиасты и образцово-показательные были. Что профессура, что силовики. Приятно работать, приятно общаться. Матюгами обложить могли, но никогда по пустякам и никогда без повода. Старая школа.

– Гнуса разного тоже хватало, - Борщ курил, уставившись в потолок.
– Дикорастущие специалисты, мечтами о карьерном росте томимые, да и просто хитрожопые выскочки. Самых умных, впрочем, лечили командировками к нам сюда, да не всем помогало. В общем, всё то же самое, как у нас тут некоторое время назад было - много Аномальные разного сброда к себе притягивали.

– А ещё были вот такие мутные ребята, вроде твоего нынешнего начальника. По виду не скажешь, да и в разговоре люди приятные. В делах, к слову, тоже. Но вот чувствуешь, что не то с ними что-то, а объяснить не получается. То ли не договаривают чего-то, то ли в заблуждение окружающих вводят. И задачи какие-то непонятные у них всё время были, не по артефактам и аномалиям. Причём известно, что железно из научников человек, не из спецслужб, а всё равно - мутняк мутняком. Чем занимается и что ищет - не поймёшь. Куда и зачем лазит по Аномальным - тоже. Гвоздь тот же, даром, что спецслужбист, а мутным не был, хотя, казалось бы, при его работе прилипло бы к нему это звание сразу же по пересечении Периметра. Твой же вот что-то мутит, а что конкретно и зачем - я так и не понял. Думаешь, я поверил в то, что перевалочная без его участия формировалась? Да хрен. Я его ещё по прежним временам помню, довелось пару раз пересечься - не такой это человек, чтобы подобные рабочие моменты пускать на самотёк. А вот о том, что реабилитированные категорически не желают совать нос в чужие дела, знаю не по наслышке, так что я скорее сделаю вывод, что между условной надёжностью и неболтливостью персонала он сделал выбор в пользу второго. А вот почему и для чего он так сделал - дело, как ты понимаешь, опять же мутное.

Чайник вскипел. Борщевский кинул два чайных пакетика в эмалированные кружки и залил их кипятком.

– Так а кем раньше-то был мой командор?
– Колю подобный поворот в развитии беседы несколько обескуражил.

– Как я и сказал - учёным, - Борщевский поставил кружки на стол, - но не простым. Эти мутные ребята обретались парой отделов, якобы связанных с экологической безопасностью, только вот чем конкретно эти отделы занимались на самом деле, мне неведомо. Вроде бы, и не секретили их явно, однако желающих соваться в их дела как-то не находилось. Знаю только, что тамошних исследователей порой и военсталы побаивались, потому что когда доходило до дела, пощады от них ждать не стоило. У них, как говорится, любые средства были хороши. Ходила какое-то время байка по Институту, что один гробанувшийся отряд, тащивший опять же что-то мутное... Как ещё можно назвать штуку, которую иначе как "объектом" они между собой не называли, а про её предназначение и вовсе ничего известно не было? Короче, мутняки этот отряд нашли в полуживом виде, выкосили его без сантиментов полностью, забрали свой "объект" и ушли обратно. Заметь, не стали звать военсталов, что на той же Трёхе было принято в порядке вещей чуть ли не по каждой мелочи, а сами сделали всю грязную работу. То есть, универсалы, своего рода. Теперь подумай, что будет твориться у учёного в мозгах, когда ему помимо обретания в высоких материях приходится порой делать то, о чём девушкам за ужином рассказывать не принято.

– Лично я считаю, что именно этим ребятам принадлежит честь открытия всяких новых штук в наших краях, - продолжил Борщ.
– Не суть важно, как к ним отношусь я, ты, прочие, но, по факту, лезли они туда, куда другим путь был заказан. Прям как ваш брат сталкер. Только тот лезет наобум, а эти - с головой. И сейчас твой начальник так же лезет куда-то и зачем-то конкретно, вот только я больше чем уверен, что лезет он совершенно не за тем, о чём он тебе там на Большой Земле рассказывал. Много ты там у себя в архивах нарыл?

– Не то чтобы так уж много. Да ты сам всё слышал - он же про эту Базу Ноль целый тост забабахал. Потерянный форпост науки, утраченное знание...

– Что и требовалось доказать, - усмехнулся Борщевский.
– Если не веришь, можешь сам пойти в местный архив. Разрешение я дам, мне даже самому уже интересно, вот только больше чем уверен, что не найдёшь ты по этой Базе Ноль ничего конкретного, и я даже знаю почему. Всё гораздо проще, чем ты думаешь: эта База просуществовала всего пару дней, на ней отряд даже толком закрепиться не сумел...

В дверь постучали. Оба рефлекторно замолкли и посмотрели друг на друга. Коле расписание визитов к администратору Базы было неизвестно, но по виду того напрашивался вывод, что ночных гостей в настоящий момент он не ждёт.

– Не заперто, - придал своему голосу хозяйских интонаций Борщевский.

– Не спится что-то, - возникший на пороге Удальцов вид имел скучающий.
– Иду по коридору, а тут слышу, что кому-то тоже сон не идёт. Дай, думаю, зайду. Не помешал?

Коля напрягся. Хотя начальник и прервал непроизвольно их беседу с Борщём на самом интересном месте, но подумалось ему, что с появлением нового собеседника у неё есть все шансы стать ещё более интересной. Промелькнула шальная мыслишка, что не случайно начальника занесло именно в этот коридор и именно к этой двери, но так же быстро она и исчезла - меньше всего Матрас хотел сейчас примерять на себя роль детектива. По виду Борща было сложно сказать, что ему пришло в голову по этому поводу, но у Коли почему-то возникла уверенность, что это было нечто схожее.