Матрас подземелья Аномальных не любил никогда. Более того, тщательно их избегал, полагая, что если на открытой местности, случись чего, можно от этого "случись чего" отмахаться хотя бы подручными средствами, то в подземельях риск оказаться загнанным в угол вырастал до неприличных величин, и вот это Колю уже не устраивало. Но в те нечастые случаи, когда Матрасу лезть в подземелья всё же приходилось, он предпочитал идти одним из первых, дабы, случись что, принять бой лицом к лицу, поскольку некоторый романтизм был ему не чужд.

Так оно было и в этот раз, вот только первым он пошёл скорее по привычке. Коля, даже зная, что на этом выходе имеет такой бронекостюм, о каком раньше мог только мечтать, ощущал себя начинающим сталкером, причём в плохом смысле. Проскальзывали гнусные мыслишки по поводу возможных печальных перспектив идущего первым, разбивавшие всю романтичность момента на корню.

И всё-таки это был аварийный выход - лестница привела к закрытой гермодвери. Как и в случае с первой возникло гадкое ощущение, что за ней в принципе не может скрываться ничего хорошего, но Матрас знал: Гвоздю на ощущения команды сейчас плевать. А лезть туда Коле, ой, как не хотелось, хотя даже самому себе причины этого ему объяснить не получалось. Предчувствие того, что там их ждёт что-то страшное, возрастало с каждой секундой.

Штурвал двери порядком проржавел от времени и сырости, и перспективы на счёт его рабочего состояния вырисовывались не самыми радужными.

"По идее, - снова подумалось Матрасу, - тут всё затоплено должно быть, а так - подтёки только. Куда-то же вода уходить должна".

Разгадка в виде небольшого водоотводного зарешёченного отверстия в полу обнаружилась под лестницей. Ответ же на то, что находится за дверью, получить можно было только одним способом. Матрас жестом призвал на помощь Хендрикса, и через некоторое время скрип проворачивающегося штурвала уже вознёсся по лестнице вверх.

"Ну зачем, - внезапно появившиеся панические мысли заметались в его голове подобно мухам, - зачем я вообще на всё это подписался? Таскал бы себе, как и раньше, артефакты, горя бы не знал, так ведь нет, приключений захотелось. Вот что там внутри, этого же никто не знает. Нашли-таки на свою жопу подземелье, в которое с момента возникновения Аномальных не ступала нога человека".

Вспоминались Коле нехорошие истории про различные колбочки и про их нехорошее содержимое. Остроты добавляли легенды о печальных последствиях пребывания в помещениях, где эти колбочки находились в разбитом состоянии. Попутно вспомнилось про более банальные проблемы в виде скапливающихся порой в подвалах различных газов. Матрас, хотя и понимал, что назад дороги нет, определённо не хотел лезть в это подземелье. В другое бы полез, но вот в это...

Дверь открывали уже втроём. Поначалу Матрас и Хендрикс натужно дёргали штурвал на себя, но упрямая конструкция упорно не желала открываться ровно до того момента, пока им на подмогу не пришёл Гвоздь. Хрустнула и отлетела ржавчина, наросшая на стыке двери, заскрипели петли, и глазам сталкеров предстало всё то же самое, что они видели наверху. То есть темнота и тишина.

Вне сомнений, это место не видело людей уже очень давно, о чём свидетельствовал толстый, покрывавший все предметы ровный слой пыли. Письменные столы со светильниками, ставшие традиционными для подобных мест валяющиеся на полу какие-то бумаги, непонятные древние приборы - ещё одно научное что-то с неизвестным предназначением. С лабораториями проще: там хотя бы кафельная плитка красноречиво говорит о том, что к чему, но вот в плане предназначения таких, как будто вырванных из обычных конструкторских бюро комнат, определённость появлялась далеко не всегда. Коля был наслышан про подобные подземелья: вроде бы ничего в них интересного нет, чем в них занимались - тоже неясно. Да и не так уж и интересно, сказать по правде: за свою сталкерскую карьеру Матрас пришёл к твёрдому убеждению, что некоторым тайнам лучше оставаться тайнами, хотя порой нет-нет, да просыпалась тяга к дешёвому романтическому первооткрывательству. Но для чего-то же их создавали, причём отдельно и порой совсем никак не связанными с какими-либо другими объектами.

То, что случилось затем, до Матраса дошло не сразу: вспышка выстрела на мгновение окрасила стены оранжевым цветом, и Коля ощутил мягкий, но сильный удар в спину, швырнувший его на пол. В воздухе густой завесой повисла взметнувшаяся пыль, видимость упала до нуля. Ещё не осознавая, что смерть чудом прошла стороной, не понимая, что вообще произошло, и зачем кому-то из партнёров понадобилось в него стрелять, Коля, движимый инстинктом самосохранения, в поисках возможного укрытия припустил на четвереньках куда-то вперёд, опрокидывая скудную мебель, попадавшуюся у него на пути. Сначала спрятаться, потом стрелять, - Матрас в герои не рвался, опять же было непонятно, кто из приятелей решил прописать ему лечение свинцом.

По стенам метались отблески фонарей, где-то позади раздавались звуки борьбы. Завеса из поднявшейся пыли скрыла происходящее полностью. Коля боролся с желанием дать туда очередь, но останавливало его полное непонимание случившегося. Иллюзий по поводу своих "друзей" у него не было изначально, благо знал, как Аномальные могут менять людей, да и общее дело, по его мнению, всё же не являлось достаточным поводом к возникновению доверия, тем более, что биографии у его попутчиков были ещё те.

Пару раз что-то стукнуло об пол, а затем помещение залило ярким светом и яростным свистом светошумовой гранаты. Кто-то, по всей видимости - неудавшийся убийца, рванул вверх по лестнице. Матрас собрался было выйти и помочь тому, кто остался здесь, но тот вскочил и резво отправился следом за своим противником. Стало тихо.

Сколько Матрас просидел напротив двери, держа пространство за ней на прицеле, он не знал. Пыль постепенно оседала, видимость становилась лучше с каждой минутой. Кто-то, причём неважно кто - хоть убийца, хоть невольный спаситель, - но должен был вернуться назад, и вот тогда-то можно уже было бы устроить разговор по душам. Но время шло, а кроме Коли других живых в этом помещении не прибавлялось. В конце концов Матрас не выдержал, встал и закрыл дверь, для вящей безопасности её заблокировав. Кто бы ни был там наверху, но попасть сюда он уже не мог. Дразнить Костлявую поисками своих теперь уже бывших попутчиков у него не было ни малейшего желания.