Только вот схожестью ощущений дело и ограничилось, поскольку вместо пронзительно голубого неба над морем глазам Артёма явилась мутная облачная хмарь Аномальных. Вместо шума волн навалился свист мартовского холодного ветра, а вместо морских брызгов в лицо ударило колючим мокрым снегом. После первого же сознательного вдоха Артём закашлялся - холодный воздух обжигал нещадно.

– Живой, - произнёс в стороне кто-то, - и то хорошо.

Якушев попробовал приподняться, но к своему неудовольствию обнаружил, что это не так-то уж и легко сделать - тело хоть затёкшим и не ощущалось, но повиноваться не спешило.

– Ну-ну, не так быстро, - прокомментировал артёмовы попытки неизвестный голос.
– Полежи пока, в себя приди. На вот, глотни.

В горле полыхнуло огнём, принёсшим с собой тепло и некоторое количество бодрости.

– Ты.... Кто?
– выдавил из себя Артём.

– Дед Пихто, - с ехидцей отозвался неизвестный, - Спаситель твой, кто ж ещё. Представляешь, этот вопрос так же беспокоит меня последний час, только вот по поводу тебя.

– Я.... Я...
– артёмов язык повиноваться категорически не желал.

– Цепочка от буя, - именующийся дедом Пихто почему-то полагал себя вправе глумиться над им спасённым.
– Подсказка у тебя на груди и на шее, если вдруг сам вспомнить не можешь.

– Якушев, - наконец-то у Артёма получилось произнести свою фамилию, - Артём. Мужик, не смешно.

– Хорошо, что помнишь хотя бы, как тебя зовут. Значит, точно живой. Меня, кстати, Колей зовут, на самом деле.

– Где я?

– Когда-то в этом месте столовались свободные сталкеры, но это было давно, года два с той поры точно прошло. Если повезёт - ночь грядущую переживём. Тебя, военный, как сюда занесло-то?

Артём приподнялся и присел. Глазам его предстала заброшенная и порядком заросшая различной растительностью деревенька, по виду которой можно было смело говорить о том, что люди из этих мест ушли достаточно давно. И, хотя кое-где ещё были заметны следы их жизнедеятельности в виде различного мусора, проглядывающего порой из-под лежащего то тут то там снега, иллюзий по поводу частоты пребывания здесь живых не оставалось: место, вне всяких сомнений, полностью принадлежало Аномальным. Вот там "сковородочка" виднеется, где-то "электра" потрескивает, а характерный кислый запах может говорить лишь о том, что какой-то из подвалов прилично залит "киселём". Ещё вот это еле слышное металлическое полязгивание напрягает сильно - точно "шампур" где-то поблизости притаился. Гнусная аномалия - если вовремя его не заметить, то можно очень легко оказаться насаженным на невидимые шипы.

Якушева передёрнуло: воспоминания той ночи, когда его часть в одночасье стала полем аномалий, нахлынули грязным потоком. Вспомнилось и то, что было затем, а именно его сольный спасательный рейд на север тогда, когда любой другой отправился бы на юг, прочь от центра Аномальных, в сторону Периметра.

– Слушай, а мы далеко сейчас от той машины, из которой ты меня вытащил, находимся?

– Какая машина?
– удивился Коля.
– Ты по дороге брёл, я тебя вообще за мертвяка поначалу принял. Пристрелить тебя хотел даже, а потом присмотрелся и понял, что ты живой. Пусть и умотанный прилично, но живой. Хотя, понимаю, тут не всё так просто, да?

Артём попытался осознать услышанное, но получилось это у него не очень. Тем временем, Коля, вооружённый детектором аномалий, подошёл к небольшой, крепкого вида бетонной будке, взял наизготовку автомат, и со всей силы зарядил ногой по железной двери, находящейся на одном из её торцов. Удовлетворённо хмыкнул, когда ответом стала лишь тишина, и потянул дверь на себя.

Порядком поржавевшая, как и всё металлическое в этих краях, лестница вела вниз, в небольшой бункер с двумя древними солдатскими койками, несколькими ящиками, явно обозначавшим собой стол со стульями, и подвешенной к потолку банкой со "светляком". Являлся ли этот бункер отдельным помещением, или же был он частью чего-то находившегося над ним ранее, сказать было сложно. Коля по этому поводу высказываться явно не собирался, Артёму же это было безразлично. Всё, чего сейчас хотел Якушев - это лечь и не вставать, а ещё лучше, чтобы его вообще никто не беспокоил. Коля жестом показал Артёму, чтобы тот выбирал понравившуюся койку, а сам присел за импровизированный стол и достал из своего рюкзака бутылку.

– Прошу к столу.

Артём, только прилёгший, нехотя поднялся с неожиданно уютной кровати.

– Вот я и дома, - тост, произнесённый Колей, Якушев вроде бы понял. Не понял он только той нежности, с какой это было сказано.

– Ты не смотри на меня так, - заметил артёмов недоверчивый взгляд его спаситель.
– Я когда на Аномальные первый раз забрасывался, так это моё первое пристанище было. Вот не поверишь, уже два раза на Большую землю возвращался, думал, с концами отсюда ухожу, а всё равно обратно тянет. Видно, есть у меня тут ещё дела. Ну, рассказывай.

– Вот какое дело...

Якушев рассказал Коле всё. Как чудесным образом избежал гибели в момент возникновения поля аномалий, как прорывался за пределы части. Как отправился спасать якобы взывающих о помощи, чей сигнал он перехватил ранее, и чем всё это закончилось. Коля слушал и изредка кивал головой.

– Вот с рацией ты облажался по полной, - прокомментировал он артёмов рассказ.

– Это почему?

– Сразу понятно, что в Зону ты не лазил, а толковых людей у тебя там не было. Если же и были, то про Эхо они тебя в курс дела не ввели.