В общем, Эри Муго нашел себе работу. Ныне инструментов у него поболее: карандаш был лишь затравкой. Теперь он работает красками, причем не только простыми, а еще и какими-то фосфоресцирующими. У него полная свобода в плане перемещения. Единственно, поскольку Маргит Йо не разрешает ходить куда-либо в одиночку и без оружия, с любителем лесных натюрмортов всегда шляется кто-то из солдат. Думаю, это тоже рекомендация Шоймара: наш пейзажист стал слишком важен, его рейтинги скачут вверх. Еще его часто сопровождает фотокинодокументалист Чаба Унасло. Причем журналист умерил свою гордыню. Возможно, события этих недель хорошо показали, что есть человек в действительности, — всего лишь передвижная канистра с питательным раствором для комаров. Всяческие желания сделать себе имя на репортаже и хронике века — это уже из области передачи «Узоры». Так что Чаба совершенно не спорит, когда Эри указывает ему, что и с какого ракурса запечатлеть на фото, ну и «проявить, распечатать, принести». Где-то так, значит.

И вот ныне Эри Муго выдал откровение. Или — Выдувальщик его знает? — вдруг у художника в бешеном темпе развилась мания величия? Потому он теперь решил, что хватит, мол, связывать свой талант какими-то пусть и странноватыми, но все же реальными джунглями и не пора ли погрузить почитателей в пучину собственных мистических откровений? Вообще-то, с некоторой точки зрения, похоже на то. Я, конечно как врач, не наблюдаю явных признаков помешательства, но ведь все художники несколько не от Сферы Мира, правильно? Есть у них у всех небольшие отклонения, причем если их убрать, то и художник исчезнет. Беда с этой психикой разумных приматов!

Значит, Эри Муго сегодня занесло. За эти дни он уже накропал несколько десятков пейзажей окружающих развалин: только успевай падать в восхищении. Причем, когда ему удила-то сняли. В смысле, господин Шоймар высказался в том плане, что, мол: «А не пора ли вам, как художнику и наблюдателю, график Муго, поработать самостоятельно, откинув связывающие вас ограничители науки? Цивилизация, как мне кажется, здесь была совсем нам неизвестная, так что и рамки нашей архитектуры могут оказаться тесны. И значит, освободите воображение по полной, дорогой Эри».

Ну, вот он и освободил. Не сказал бы, что в плане его фосфоресцирующих пейзажей он выдал на-гора какую-то несусветную архитектуру. В смысле: как бы это или то сооружение выглядело до разрушения катаклизмами и временем? Тут как раз ничего особенного. Подумаешь, дворцы какие-то! Этажей не более трех, так что ничего поражающего воображение. Вот пирамида какая-то ступенчатой формы, это да. И где Эри Муго ее разглядел, ума не приложу. А еще, пожалуй, мост. Такой, с акведуками и, главное, — не над рекой, а как раз между двумя пирамидами. Причем одна похудее другой. Я вот, вроде, на зрение покуда не жалуюсь, но для интереса встал там, откуда должен был когда-то открываться тот самый вид и… Ну, не знаю, каким массаракшем должны быть вывернуто зрение, чтобы такое увидеть!

Ладно, не в акведуках сенсация-то заключалась. В одном из самых заселенных змеями мест — гвардеец Мор Хи устал отсекать мачете шипящие головы — Эри Муго обнаружил некую стену. Вначале заставил того же Мора Хи отдраивать ее саперной лопаткой, потом сказал, что нет, мол, все перепортишь, и взялся сам. После чего привлек к делу Чабу Унасло, и тот с фотовспышкой нащелкал где-то две пленки. Потом, понятное дело, срочным образом проявил эти пленки, просушил и снимки понапечатал. Так нет же, Муго сказал, что не в том формате и лучше бы вот в эдаком. Короче, Унасло даже вспылил. Типа, что ему уж некогда и впечатления с отчетами калякать, так он запыхался. Но Эри успокоил, что не хочешь помогать, он сам справится. И все же Чаба отошел, переделал-таки эти фото. Ну, а потом, когда большинство наших спали без задних ног, насколько это возможно, в здешней местности, разумеется, Эри Муго трудился под фонарем над своим полевым мольбертом.

В общем, он увидел на стене фрески. Там, где никто ничего не разглядел в упор. Фрески, скажу вам, те еще. Быть может, все-таки, это и не фрески вообще, а те же эманации больной головы художника?

Поскольку фресок несколько, то и рисунков, понятно. На основной доле ничего особенного. Ну, деревья какие-то, люди собирают плоды. Благо, хоть люди все ж, а не голованы какие! На других они эти же деревья рубят. А на двух рисунках… Не знаю, может, нашего портретиста какие-нибудь кошмары мучают? После пережитого тут немудрено, правильно? В общем, на них те самые пирамиды, которые мы уж на рисунках видели. Правда, они чуть другие. Еще там, дворец, тоже не сказать, что уж точно копия того, что нам выдавал Муго ранее. А еще…

Прямо над пирамидами, но как бы за ними, то есть много дальше, поднимается в небо… змея. Может, какой-то символ, нанесенный на фреску? Но не проходит ощущение — или это Эри Муго так постарался, — что тут состряпан именно пейзаж. Да, но тогда это не змея вовсе, и даже не давешний тигрозмей дотороров Ие-Чи-Ри-Ки-Ки, это что-то…

Думаю, наш пейзажист слишком буквально понял намек Шоймара на раскрепощение художественного воображения. Только туземцев наших, которых и так мал-мало осталось, перепугал. Горе с этими творческими натурами…

— Дар, у тебя есть минутка наедине?

Уединяться в джунглях не рекомендуется. Да и не очень хочется сгинуть без следа, как носильщики-марайя. Но брат есть брат.

— Что такое, братишка, у нас заговор?

Но братишка Каан к шуткам индифферентен. Вообще-то не только сейчас, он к ним равнодушен по жизни. Возможно, здесь что-то от генетики. Ведь совершенно не исключено, что какая-то последовательность генов дает настрой на восприятие юмора. С этим сочетанием братишке Каану не повезло.