Снова этот шепот… «Андреа!»

Она осторожно оглянулась на Шона. Брови его дрогнули — он нахмурился, но так и не проснулся. Очень медленно, стараясь не разбудить его, Андреа выбралась из постели, собрала с пола разбросанную одежду и бесшумно выскользнула за дверь.

Шон проснулся, уже зная, что Андреа рядом нет. Он понял это не потому, что постель была пуста, — просто он больше не чувствовал ее присутствия, ее тепла.

Хуже было другое — она не просто встала, она ушла из дома. Часы показывали три утра. Кончики пальцев у Шона покалывало, уже знакомый звон в ушах, тот же самый, что был накануне, предупредил его о присутствии возле дома Иного.

Шон бросился к лестнице, на ходу стаскивая с себя футболку. Превращаться тоже пришлось на ходу — к тому времени как он отпирал заднюю дверь, в нем уже не осталось ничего человеческого. Запах Андреа ударил ему в ноздри. Для зверя выследить ее не было ни малейшего труда — оставленный ею на лужайке след виднелся в траве так же отчетливо, как дорожка лунного света.

Он нашел ее на той же самой полянке, где накануне наткнулся на воина-фэйри. Он вернулся… и перед ним стояла Андреа. Одетая в простые джинсы и свитер, она ничем не отличалась от обычной женщины — прямо на глазах Шона она потянулась к воину-фэйри, чтобы коснуться его руки.

Из горла Шона вырвалось рычание. Одним огромным прыжком он метнулся к Андреа и сбил ее с ног. С криком она покатилась по траве, пытаясь сбросить его с себя. Шон, поспешно вернув себе человеческий облик, схватил ее за руки.

— Оставь меня в покое, Шон! Немедленно слезь с меня, слышишь?!

— Какого дьявола… как тебе такое пришло в голову? Если ты дотронешься до него, он может пересечь грань и уйти в другой мир! Холера… он же фэйри!

— Это мой отец!

Шон обомлел — только хлопал глазами и молча разевал рот, не в силах выдавить из себя ни звука. Андреа смерила его испепеляющим взглядом. Даже в темноте было видно, как сверкают ее глаза.

— Да, это правда, — подтвердила она. — Он мой отец.

Шон резко обернулся, чтобы взглянуть на фэйри, но тот уже исчез. На лужайке за домом не было ни души. Слегка успокоившись, Шон ослабил железную хватку, однако на всякий случай продолжал держать Андреа за руки.

— Какого черта ты мне сразу не сказала, что это твой отец?

— Откуда мне было знать? — буркнула Андреа. — Он как раз сказал мне об этом… и тут ты свалился нам как снег на голову! Ну, а теперь, может, ты соизволишь меня отпустить?

Шон, гибким кошачьим движением поднявшись с земли, потянул Андреа за собой.

— Какого черта ты помчалась сюда одна? Почему не сказала мне?

— Мне просто хотелось узнать, почему кому-то из фэйри вдруг позарез понадобилось поговорить со мной, — пожала плечами Андреа. — Если бы я разбудила тебя, разве ты отпустил бы меня сюда?

— Черта с два! — рявкнул Шон. — Что он еще тебе сказал?

— Ничего. Может, и собирался, но тут как раз появился ты.

Андреа явно разозлилась, однако сам Шон был зол ничуть не меньше ее.

— Если этот фэйри сказал, что он твой отец, это вовсе не значит, что он не соврал. Этим ублюдкам нельзя доверять!

Андреа сердито вырвала у него руку.

— Следи за своими словами! — прорычала она. — Между прочим, я тоже одна из них!

— Я не это имел в виду, и ты прекрасно это понимаешь! — крикнул Шон. — Я никогда не считал тебя одной из них!

После этих слов ее серые глаза стали похожи на осколки полярного льда.

— А зря. Я действительно одна из фэйри. В моих жилах течет кровь фей, и ты это знал. Ты собирался сделать меня своей подругой. Ты хотел спать со мной — но при этом видел во мне только оборотня. Но я оборотень лишь наполовину — у меня есть и вторая половина меня, которую ты упорно не хочешь видеть. Ты не можешь заполучить одну, которая тебе нравится больше другой, а о второй просто забыть. Нравится тебе или нет, но они обе, так сказать, входят в комплект!

— Знаю, милая, — уже мягче пробормотал Шон.

— Ну что побежишь к Лайаму, чтобы доложить ему обо всем? — прищурилась она.

— Он должен об этом знать.

— Ну так беги! — Повернувшись к Шону спиной, Андреа демонстративно направилась к дому. На него она не смотрела.

— Черт возьми! Андреа!

Конечно, Андреа не могла не понять, как он зол, но даже не потрудилась обернуться. Вернее, просто не смогла. Останься она — и Шон наверняка почувствовал бы грызущую ее тревогу. В тот самый момент, когда ее отец — если он действительно был ее отцом — заговорил с ней, Андреа вдруг охватило ощущение надвигающейся беды. Этот фэйри не просто заявил, что он ее отец, — он потребовал, чтобы Андреа принесла ему меч стража.