Холодный взгляд темных глаз незнакомца устремился к дому Глории, и Шон слегка попятился. В доме не было никого, кроме Андреа, спохватился он. Глория, по ее словам, отправилась на поиски Дилана.

— Дерьмо! — сквозь зубы выругался Шон.

Забыв о незнакомце, он бросился к дому Глории. Задняя дверь была не заперта. Пробравшись через темную кухню, он ощупью нашел лестницу, влетел на второй этаж и ворвался в спальню. Андреа, сжавшись в комочек, лежала в постели — глаза ее были закрыты, она часто и неровно дышала, словно пытаясь спастись бегством.

— Андреа, проснись! — Шон принялся тормошить ее.

Но Андреа не просыпалась — голова ее безвольно моталась из стороны в сторону, с губ срывались слабые стоны. Отбросив меч, Шон сел возле Андреа и сильно встряхнул ее за плечи:

— Просыпайся же!

Веки ее затрепетали. Еще ничего не понимая, она смотрела на Шона затуманенными глазами. Но вот взгляд ее прояснился, узнав Шона, она ахнула:

— Шон…

Обняв Андреа, Шон прижался губами к ее взмокшему лбу.

— Все в порядке, милая. Что тебе снилось?

По спине Андреа пробежала дрожь.

— То же самое. Тот же самый кошмар, только…

— Только там, в твоем сне, кто-то был, да?

Андреа кивнула, глаза ее затуманились страхом.

— Я слышала чей-то голос. Но теперь… теперь я видела его!

— Светловолосый ублюдок фэйри, да? С ледяными глазами?

— Да, — чуть слышно пробормотала она, сжавшись в комок. — Какого черта… как ты догадался?!

— Только что видел его своими глазами. Между прочим, он утверждает, что ты сама позвала его.

Андреа сдавленно ахнула:

— Ты видел его своими глазами?! Что значит — видел?

— То и значит. Этот тип торчит у нас во дворе, за домом, на небольшой опушке среди деревьев.

Андреа открыла рот от удивления:

— Но я никого не призывала! Мне бы такое и в голову не пришло.

— Не специально. Ты сделала это во сне.

Андреа вскинула голову:

— О, Шон! О… проклятие!

— Ты не виновата. — Шон потерся щекой о ее макушку. — Ты ни в чем не виновата.

— Я хочу его увидеть.

— Не очень хорошая идея.

Андреа вырвалась из его рук.

— Мне плевать! Перестань меня защищать! Пойдем — покажешь, где ты его видел!

— Андреа.

Он забыл, какая она сильная, — молниеносно отпрянув в сторону, Андреа сорвалась с кровати и кинулась к окну. Она уже почти добежала до него, но тут Шон метнулся наперерез. К его удивлению, вместо того чтобы попытаться оттолкнуть его и выбраться в окно, Андреа трясущимися руками стащила с себя рубашку.

Шон застыл, словно пораженный громом. Глаза у него едва не вылезли из орбит. Он успел заметить черное кружево, пенившееся на ее груди. И тут Андреа, одной рукой расстегнув лифчик, быстрым движением сорвала его, а другой принялась стаскивать с себя джинсы.

Вид обнаженной груди Андреа едва не свел его с ума — высокая, упругая, словно персик, увенчанный спелой вишней. В тусклом свете мелькнула еще одна узкая полоска черного кружева, прикрывавшая ее бедра, Шон замер, пожирая ее глазами. Тонкая талия, плавно изогнувшись, переходила в полные бедра, между которыми виднелся узкий треугольник черных как смоль волос. Одно долгое мгновение Андреа с Шоном смотрели друг другу в глаза. Девушка, раздевшаяся для мужчины, который хочет ее, и он, онемевший, не в силах двинуться с места. И тут она начала превращаться.

Волколаки, волки-оборотни, гораздо крупнее обычных волков, а самки почти не уступают по размерам самцам. Конечно, Андреа была не такой огромной, как Шон в облике льва, но по части силы и скорости могла бы поспорить с ним. Гладкая черная шерсть, отливавшая синевой, была того же цвета, что и ее волосы. И глаза у нее остались такими же, дымчато-серыми, что было необычно. У большинства оборотней, когда они превращались в зверей, глаза меняли свой цвет — например, у Шона с Лайамом они из синих становились бледно-голубыми, а у Глории — серебристыми. А вот у Андреа глаза остались прежними. Серыми и изумительно красивыми.

Все это промелькнуло у него в голове за какую-то долю секунды до того, как Андреа повернулась и грациозным прыжком выскочила в окно, приземлившись на козырек над крыльцом. Опомнившись, Шон сорвал с себя одежду, обернулся и бросился догонять ее.

Андреа по-волчьи обнюхивала лужайку позади дома. Дождь наконец прекратился, порывистый ветер, словно злобный пес, рвал в клочья облака, и тогда на небе ненадолго мелькала желтоватая луна, похожая на кусок сыра. Шон, задрав голову, принюхался, но воздух был свежим. Запах Иного бесследно исчез.