Саша улёгся поудобнее и задремал. Спал он чутко, как всегда.

Проснулся от неясного шума. Кто-то шёл по лесу. Зверь или человек? Он взял в руки автомат. «Человек», — понял он, потому что стали слышны шаги. Неосторожно шёл человек, шумно, и направлялся он к вывороченной коряге, где уже находился Саша. Видимо, старый жилец.

На землю упало что-то тяжёлое, послышался негромкий матерок.

Саша направил ствол автомата на неясную тень.

— Замри и руки подними!

Человек от неожиданности действительно замер в полусогнутом положении.

Саша выбрался из своего укрытия.

— Ты кто такой?

— Русский.

— Я слышу. Чего в лесу ночью делаешь?

— Тебе какое дело? Сам-то кто?

— Сейчас прострелю башку — узнаешь! Ишь, любопытный какой! Повернись спиной.

Неизвестный разогнулся и повернулся к Саше спиной. Александр повесил автомат на шею и взял в руки пистолет. Приблизившись к незнакомцу, он споро обыскал его. Оружия при незнакомце не было.

— Снимай брючный ремень!

— Это ещё зачем?

Рукой с зажатым в ней пистолетом Саша врезал незнакомцу в ухо. Тот выматерился и вытащил из шлёвок ремень.

— Руки за спину!

Саша связал незнакомцу руки его же ремнём.

— Ну вот, теперь побеседовать можно. Садись.

Мужик неловко уселся на землю.

— Рассказывай — кто такой и почему здесь оказался.

— Красноармеец я. Пулемётный взвод немцы разбили. Иду к своим, а фронт всё дальше и дальше.

— Складно говоришь.

— Сам-то кто?

— Да такой же, как ты. Чего принёс?

Саша давно обратил внимание на ящик, который принёс и шмякнул о землю красноармеец.

— Не знаю. Украл у немцев из грузовика. Темно, думал — утром посмотрю. Может, жратва или оружие. Мне бы всё пригодилось.

— Звать как?

— Сержант Рогозин. Сергей.

Парень Александру понравился. Не похоже, что враг, но развязывать до утра Саша его не хотел. Треснет чем-нибудь по башке и уйдёт.

— Есть хочешь?

— Два дня маковой росинки во рту не держал.

Саша достал из ранца хлеб, отломил краюху.

— Кусай, — он поднёс хлеб ко рту сержанта. Тот откусил изрядный кусок и стал жевать.

— Ты бы хоть руки развязал, неудобно.

— Погожу до утра, — и снова поднёс кусок ко рту сержанта.

Когда весь кусок был съеден, Саша поинтересовался:

— Это ты здесь ночевал?

— Я, — не стал отнекиваться Сергей.

— Тогда я твоё хозяйское место займу, а ты рядом полежишь.

— У меня есть выбор?

— Вот и молодец. А утром разберёмся, что к чему. Только без фокусов. Вздумаешь развязаться — пристрелю. Мне проблемы с тобой не нужны.

Сержант повозился на земле — всё-таки руки за спиной связаны, неудобно. Но заснул он быстро, даже похрапывал.

Саша позавидовал ему. Спит человек, а он, получается, при нём, как часовой, сон сержанта охраняет. Но и его сон сморил.

Несколько раз за ночь Саша просыпался, как только сержант начинал шевелиться. Но под утро угрелся и уснул глубоко.

Разбудил его сержант. Ногами стал ёрзать, пытался встать и отползти. А глаза расширены, на Сашу смотрит злобно.

— Эй, сержант! Ты чего?

— Тварь паскудная! Я тебе ночью поверил даже!

— Какая муха тебя укусила?

— Немцам продался! Полицай!

Только тут до Саши дошло. Как рассвело немного, сержант повязку на его рукаве разглядел.

— А, ты про повязку? Не обращай внимания, это для маскировки.

Но сержант смотрел на Сашу волком, хотя дёргаться перестал.

— Я тебе руки развяжу, только ты не делай резких движений — своему здоровью сильно повредишь! — Для убедительности Саша тронул рукой автомат.

Он подошёл к сержанту, развязал ремень.

— Опоясайся, не то брюки потеряешь.

Сержант поднялся и долго растирал затёкшие кисти рук, потом нагнулся за ремнём и внезапно бросился на Сашу. Но тот уже был настороже, откачнулся в сторону и подставил сержанту подножку. Сержант упал лицом в землю, попутно ударившись темечком об угол ящика.