– Да что случилось?
– забеспокоился Андрей.

– Язык он себе откусил.

До Андрея не сразу дошел смысл сказанного. Понимая, что не выдержит пыток, главарь разбойников сделал единственное, что смог в его положении. Лишил себя языка. Сам. Себя. Лишил языка!

– Не все так плохо, - воевода поспешил успокоить князя, видя, как расстроился его господин.
– Товарища мы его взяли. Так он сказал, что ватаман служил новгородскому боярину. Кому, то уже не узнать. Но помнится, видел я этого ватамана на дворе новгородского боярина Григория Кирилловича Овинов. Еще был посыл из Новгорода. Прибыл он вместе с татарином, который опознал тебя. За твою голову дал татарин по рублю новгородскому каждому шильнику и после учиненного разбоя еще обещал дать двупотомуж.

– Это что меня татарин заказал?- откровенно опешил Андрей.

– Чего?
– не понял Лука Фомич.

– Голову мою говорю, оценили дешево, - сердито буркнул раздосадованный новостью Андрей.

– Ну как сказать, - воевода невольно улыбнулся.
– Сто пятьдесят рублей - деньги огромные. Я Булата с Кулчуком отправил коней привести, они тут недалеко. А Кузьма, Даниил и Митяй отправились в волчье логово. Прошка с ними увязался.

– Вчетвером пошли? Не мало ли людей?
– озаботился князь.

– С ними холопы Кузьмы пошли, и своих архаровцев я с ним отправил. Справятся. Там всего пяток шильников остались. Что с татями делать будем?

– Концы в воду прятать надо, - задумчиво сказал Андрей, лихорадочно соображая, чем ему еще обернется убийство царевича.

Андрей не мог предположить, что его слова будут поняты буквально. Через час Лука доложил:

– Все, спустили всех.

– Кого спустили? Куда спустили?
– Андрей ничего не понимал.

– Шильников, как ты сказал, утопили, спустили под лед.

– Тьфу, - в сердцах сплюнул князь. Думать надо, что говоришь. Все буквально понимают мужики.

Древний Новгород походил на огромный улей. Это по праву самый большой и красивый и чистый город на Руси. Москве до Новгорода было далеко. А Переяславль резанского князя, что провинциальный городок по сравнению со столичным мегаполисом.

Остановились на подворье Гаврилы, старшего брата Луки. Весь свой товар свезли на Русский двор. Торговля на дому, как и хранение товара в снятых подворьях, строго запрещена. Оно и понятно, городским властям так легче контролировать количество проданного товара и собирать пошлины. Оставив возниц и приказчиков складировать товар в огромные амбары, сами отправились к Гавриле, брату Луки Фомича, в его небольшую избушку. В тесноте, да не в обиде, тем более что Андрей распустил пришедших с ним новгородцев попроведать родственников. Лишь татары носу не казали из дома.

В первый же день по приезде в Новгород между Гаврилой и Андреем состоялся важный разговор. Гаврила предложил свои услуги в качестве посредника. Иностранные купцы ведут торговлю круглый год. Зимой одни, летом другие. Главное, импортным купцам запрещено торговать в розницу и скупать товар у местных крестьян. Вся торговля завязана на купецких сотнях. Самая влиятельная и богатая - 'Ивановское сто'. Продавать свой и покупать импортный товар Андрею придется у купцов сотни, а это очень не- выгодно. Если Андрей вздумает торговать напрямую, то это не получится. Соглядатаи у Великого Новгорода есть везде, мигом сообщат куда следует. Наказание строгое, для немцев - конфискация имущества, для Андрея - утопление в Волхове. Жестоко, однако.

– Что предлагаешь?
– коротко спросил Андрей.

– В купцы хочу податься, - честно признался Гаврила.

– А возьмут?
– в уме Андрей уже прокручивал вариант открытия филиала торгового дома в Новгороде.

– Взять-то возьмут, где серебро взять, чтобы взяли, - трагически вздохнул Гаврила.

– Ты не ходи вокруг да около, дело говори!
– строго прикрикнул на брата Лука Фомич.

– Погоди, Лука, - остановил своего воеводу Андрей.
– Много ли нужно серебра?

– Пятьдесят гривен!

– Ну, это немного, - усмехнулся Андрей.
– У меня конь дороже стоит.

– Так ить твой конь не простой, - смело возразил Гаврила, вытирая пот со лба, - Твоего коня на вотчину боярскую обменять можно али две сотни простых комоньков купить.

– Ты будешь обсуждать стоимость моего коня или дело хочешь предложить?
– Андрей начал терять терпение от нерешительности собеседника.
– Сколько нужно серебра?

– Пять десятков в сотню отдать за вступление, - начал перечислять Гаврила, старательно загибая пальцы, - два десятка на храм пожертвовать. Сукно ипское дать тысяцкому. Пошлину уплатить медом.