Возглавлял делегацию некий седовласый мужчина. Он был одет по-особенному: белая длинная рубаха, расшитая золотыми нитками, и такие же белоснежные брюки. Мужчина вскинул свою руку и вокруг Орайи начали появляться шатры. Один за другим, они образовывались в воздухе из ничего.

Орайя осмотрелся и понял, наконец, что ему делать. Рванув к этому человеку, он остановился перед ним, глядя прямо в глаза.

— Где она? — прокричал Орайя.

Мужчина прищурился и отрицательно покачал своей головой.

— Где она? — повторил свой вопрос Орайя, замечая, как остальные поднимаются со своих квардрациклов и следуют к нему.

— Ты — тот, кого зовут «Орайя»? — наконец, спросил неизвестный на югуанском.

— Да…

— Она сказала, что ты способен на многое, но так ли это?

— Где она?

— Она предала свой народ.

— Где она!!! — закричал Орайя, вытягивая руки по сторонам.

Разряды молний появились вдалеке, раскалывая воздух ударами грома и ударяясь о землю. Люди попадали вниз, даже не пытаясь поднять свои головы и посмотреть на человека, сотворившего подобное.

— Ты сможешь забрать ее у народа I-ho только тогда, когда праведники уничтожат оба города.

— Оба города?

— Да. И народ I-ho вам поможет.

— Это слишком долгий срок.

— Только после того, как праведники уничтожат оба города, — повторил мужчина.

Орайя склонил голову на бок, улавливая сердцебиение коренного. Скачок — и лицо незнакомца перекосило. Еще скачок — и удивление замерцало на дне синих глаз.

— Знаешь ли ты на кого замахиваешься? — прошипел мужчина.

— Я не торгуюсь. Верните мне мое — и я сохраню для Вас I-ho.

Он ехал так быстро, как мог. Впереди, в мареве нависшего над пустыней пекла, возвышался высоченный забор из вбитых в землю и составленных бревен. Наверное, это и есть поселение. Незнакомец лишь указал ему направление, и Орайя до последнего момента не знал, правильно он движется или нет. Три часа в погоне за ней и вот он здесь.

Сиа остановился так резко, что квадрацикл занесло и Орайю выбросило прямо на землю. Подняв голову вверх он, наконец, понял, что за темное пятно все это время видел на заборе.

Вид ее тела, прикованного металлическими оковами к брусьям, заставил его закрыть свои глаза на мгновение. Желтый плащ, перемазанный кровью, прилип к неподвижному, обнаженному торсу. Некогда гладкая кожа теперь стала багровой, с синяками и ссадинами, оставленными на ней камнями. Покрытая трещинами и следами укуса насекомых, она изменила Айю до неузнаваемости. Почему она позволила им сделать это с собой?! Как допустила подобное, будучи намного сильнее всех их вместе взятых?! Орайя знал ответ. Это — ее собственный приговор. Ее казнь, приведенная в исполнение с ее же позволения.

Поднявшись на ноги, Орайя протянул руки вверх и закричал. Стена, раскинувшаяся перед ним, начала разваливаться на глазах и через мгновение растворилась в пространстве. Тело Айи камнем полетело вниз и Орайя, окружив его полем, принял девушку в свои руки.

Никто не окликал его, когда он удалялся назад, в пустыню, унося с собой принцессу, приговоренную своим же народом. Никто из ami не посмел перечить его воле. Все они видели, как мужчина достал какое-то устройство и исчез вместе с девушкой у них на глазах. Воистину, Великий человек. Воистину «Спаситель».

Айя открыла слипшиеся веки и попыталась сфокусироваться. Вокруг было непривычно темно, и только невыносимая боль заставила ее осознать, что она все еще жива.

— Гд…где…

— Тш-ш-ш…

Его голос она без труда узнала даже по этому странному «тш-ш-ш». Что-то мелькнуло перед глазами. Тряпка, смоченная водой. Айя приоткрыла иссушенный рот, чтобы почувствовать капли влаги на языке.

— Бо…бо…

— Я знаю, — ответил Орайя, вновь смачивая тряпку и поднося ее ко рту.

Луч света ослепил Айю и тут же погас.

— Нашел их? — спросил Орайя.

— Да, они оба выжили. Сейчас придут.

— Побыстрее.

Занавеска в шатер вновь приоткрылась, и в нее вошли двое мужчин и Квартли. Мать бросилась к дочери, пытаясь погладить ее по волосам и пригибаясь к умирающему телу.

— Юга… — произнес один из мужчин, приседая возле Айи.

Девушка узнала этот голос. Майор Паттерсон. Конечно же, Орайя хотел найти его и хирурга из столовой. Как же его звали?