— Кандидатура подвернулась в последнюю минуту.

— Ладно, это было смешно и, возможно, даже попадет в прессу как забавный случай.

— Ты в состоянии думать о чем-нибудь, кроме рекламы?

— Нет. К счастью, я всегда думаю о деле, и если бы не я, кое-кто счел бы твою выходку крайне оскорбительной.

— Эти «кое-кто» — надутые дураки.

— Да, но эти надутые дураки закупают наши вина и расхваливают их на важных приемах.

— Расслабьтесь, мисс Джамбелли.

— По-моему, это ты вечно как натянутая струна. — София протянула ему фотографию. — Что ты о ней скажешь?

Взяв снимок, он внимательно посмотрел на блондинку с томными миндалевидными глазами.

— А номер телефона не прилагается?

— Вот и я думаю, что она слишком сексуальна. Я говорила Крис, что девушки из «Плейбоя» нам не нужны. — София уставилась в пространство сердитым взглядом. — Она игнорирует мои указания, а в результате страдает вся группа. Но выгнать ее — значит увеличить нагрузку на остальных.

— Я от такой перспективы просто в восторге.

— Я хотела спросить Тео, не согласится ли он у нас поработать.

— Великолепно. Ему будет легче по тебе сохнуть, регулярно имея перед глазами предмет воздыханий.

— При постоянном контакте его гормоны успокоятся.

— Ты уверена?

— Слушай, Тайлор, это что, комплимент или ты таким странным образом даешь мне понять, что я тебя волную?

— Ни то, ни другое. — Он еще раз посмотрел на фотографию. — Я предпочитаю блондинок с томными глазами и пухлыми губками.

— Волосы крашеные и грудь искусственная.

— Ну и что?

— О господи, обожаю мужчин. — София встала, подошла к нему и, обхватив его лицо ладонями, поцеловала в губы.

Одним резким движением Тайлер усадил Софию себе на колени, и спустя мгновение ее смех оборвался, а сердце часто забилось. Он целовал ее с нетерпением и жаром. Целовал так, словно не мог насытиться. София вздрогнула — от неожиданности, от инстинктивного стремления защититься, от наслаждения. Целуй еще, думала она, еще крепче. Когда Софии казалось, что он отстраняется, она следовала за ним, прижимаясь к его горячему, мускулистому телу.

— Зачем ты это сделал? — спросила она, когда Тайлер перестал ее целовать.

— Просто захотелось.

— Ответ меня устраивает. Давай повторим. — Она стянула его на пол.

Он представлял себе, что это будет быстро, грубо и яростно: Механическое совокупление — животная страсть и никакого огня. Именно этого она хочет. Вернее — оба они хотят. Тайлер снова жадно впился ей в губы.

Дверь кабинета отворилась.

— Тайлер, мне… — Эли замер на пороге. — Извините…

Когда дверь захлопнулась, голова у Тайлера пошла кругом.

— Великолепно. Просто великолепно.

— Что нам теперь делать?

— Не знаю. Наверное, придется с ним поговорить.

— Мне очень жаль, что так вышло. В мои планы никак не входило расстраивать Эли или ссорить тебя с ним.

— Я знаю. — Он встал, помог подняться Софии.

— Но я все равно тебя хочу.

Тайлер догнал Эли на пути к винограднику. Ему так и не пришло в голову, с чего начать разговор. Поэтому он просто шел рядом и молчал.

— Нужно быть начеку на случай заморозков, — наконец сказал Эли. — Теплая погода пробудила лозу.

— Да, я уже распорядился… К тому же скоро пора приступать к дискованию.

— Надеюсь, дожди не помешают… — Эли ломал голову в поисках подходящих слов. — Мне надо было постучать.

— Нет. Это мне не надо было… Все случилось само собой.

— Это не мое дело. Но… я был потрясен, вот и все.

— Мы тоже.

Какое-то время они шагали молча.

— Ты ее любишь?

— Разве это обязательно?

Эли остановился, повернулся к внуку:

— Знаю, что не обязательно. Я просто спросил.

— На нас что-то нашло, вот и все. Если ты не против, я предпочел бы не вдаваться в детали.

— Вы взрослые люди. Только в другой раз запирайте дверь.

Было почти шесть часов, когда Тайлер наконец добрался до дому, измотанный, взвинченный и злой на самого себя. Подойдя к холодильнику, чтобы достать пива, он увидел утреннюю записку: «Ужин у М. в 7».