— Есть.

Солдат ушел в темноту, растворившись среди деревьев, а Вадим осторожно двинулся на восток навстречу странным звукам. Уже метров через двадцать он определил, что это идут ремонтные работы. Кто-то бил кувалдами, что-то обо что-то звякало, раздавались команды…

Так и оказалось. На хорошо освещенном пятачке работала куча народу. Охрана не столько охраняла рабочих, сколько присматривала за самими рабочими, чтобы они чего не учудили.

"Пленные", — понял Вадим.

Увидев все что нужно, он поспешил на воссоединение с основным отрядом.

— Ну что там? — нетерпеливо спросил Бардов по возвращении Куликова. — А то нам боец что-то наплел с три короба, про какую-то сигнализацию, ничего не поняли.

— Дорогу ремонтируют.

— Последствия диверсии?

— Вряд ли. Просто не выдержала чрезмерной нагрузки. По этой линии шли основные грузы, после того как мы… оборвали южную линию. Она и раньше эксплуатировалась нещадно, а после так и вовсе весь поток на нее перешел. Вот полотно и не выдержало. Думаю, они южное направление уже восстановили, а этой дороге решили устроить профилактический день по всей ее длине. Подновляют насыпь и рельсы новые укладывают, взамен изогнувшихся. Это дело надолго, фронт работ там немаленький, а нам ждать никак нельзя. Так что сейчас в темпе отмахиваем пяток километров на запад и переходим дорогу.

— Че так далеко-то?! — изумился Юрий Бардов. — И так уже ноги отваливаются… Одного километра за глаза хватит.

Вадим встретился взглядом с солдатом, с которым ходил в разведку и рассказал о своей теории с сигнализацией.

— Да ну на фиг! — отмахнулся Бардов, от такого предположения. — Это же, сколько датчиков нужно установить! Тьму-тьмущую! Беспилотники же летают и простые, и в виде птиц! Куда еще больше?!

— А почему бы и нет? — пожал плечами Вадим. — Это не так уж дорого, по крайней мере, как мера предупреждения гораздо дешевле, чем сошедшие под откос поезда с войсками и техникой.

— Ну да… с таким аргументом спорить сложно…

— И не думаю что для китайцев установка такой сигнализации большая проблема. Что касается беспилотников, так это не панацея, особенно в сложных погодных условиях.

— Тоже верно, — снова согласился Бардов. — При сильном ветре, мало какой беспилотник на курсе удержишь. Сдует.

— Вот именно. Сломаться опять же может. Так что я считаю, что нам нужно подстраховаться и отойти как можно дальше. Если я прав, то по крайней мере мы успеем уйти достаточно далеко к тому моменту когда за нами пошлют группу преследования и еще не факт, что найдут. А если перейдем в километре, то опомниться не успеем, как часть охраны уже будет наступать нам на пятки.

— Хм-м… Что ж, возможно ты прав, — согласился Юрий. — В конце концов, лучше перебдеть чем недобдеть.

— Вот именно. Пошли…

— Постойте, — взял слово Трофим.

— В чем дело?

— Много там охраны?

— Человек двадцать-тридцать. А что?

— Может нападем?! Перебьем охрану и ремонтников. Эффект неожиданности на нашей стороне… Хоть какой-то урон врагу нанесем.

— Во-первых, ремонтники из наших, пленные… — сказал Вадим и прикусил язык.

"Совсем замотался", — с раскаянием подумал он, с запозданием осознавая, что говорить этого не стоило. Ведь не хотел же.

Но уже поздно, слово не воробей… Вон как все нахмурились и наверняка в каждой голове появилось жгучее желание как-то помочь пленным соотечественникам. Главное что для этого есть возможности и желание. Так что требовалось срочно исправлять ситуацию.

— …И это нереально даже с учетом эффекта неожиданности. Наверняка у противника на ремонтном поезде имеется тяжелое вооружение…

— Забросаем гранатами, наведем шороху, — приводил свои доводы Трофим. — Нам-то только и нужно, что посеять сумятицу в среде противника и дать возможность пленникам сбежать. А как сбегут и мы отойдем.

— А потом на нас настоящую облаву устроят, — возражал Куликов. — Вертолеты, самолеты, группы загонщиков с собаками на хвосте. О своих женщинах и детях хотя бы подумайте…

Вадим мысленно улыбнулся. Что ни говори, это хороший удар припасенный им напоследок. Нокаутирующий. Хоть и "ниже пояса". Гражданские после напоминания об ответственности за свои семьи: жен и детей, сразу же притихли и весь задорный блеск в глазах тут же погас. Остальные также не стали настаивать.

— Э-э… да… верно, — промычал стушевавшийся Трофим.

"То-то же… А то ишь чего удумали! Я никому не дам поставить под угрозу свое возвращение", — с удовлетворением подумал Вадим, а вслух жестким командным голосом, напоминая, кто здесь командир, сказал:

— За мной.

Пять километров по ночному лесу вдоль железки на запад, а потом еще три-четыре километра, перейдя дорогу на север они отмахали на одном дыхании скоростным марш-броском, несмотря на то, что до этого шли весь день. Людей подстегивала близкая опасность, но вот она осталась где-то позади и темп хода резко снизился и пришлось вовсе остановиться для часового отдыха.