– Что с тобой происходит?
– Дария держала Туора за руку.
– Тебе больше не интересно со мной бродить по прекрасному Саду?

Они сидели на витой серебряной скамейке, под хрустальным деревом. Маленькие птички щебетали на разные голоса, но их гомон не был похож на голоса птиц нового Мира. Оно было каким-то сухим, лишенным жизни. Туора это выводило из себя. Ему опостылели Пределы. Его тянуло вниз. На Землю.

– Ты меня слушаешь?
– Дария дергала его за хитон.

– А? Да-да, конечно, - очнулся Туор.
– Я слышу тебя. Это рутинная работа вконец свела меня с ума. Я просто очень устал.

– Однако, на общение с Люцием у тебя хватает сил, - спокойно сказала муза.
– Когда ты уже нас познакомишь? Хоть он и Высший, но я выскажу ему все. Даже старшие музы не нагружают меня таким количеством работы, как он тебя. А еще друг!

– А еще брат!
– прозвучал голос.

Туор и Дария повернулись и увидели Люция. Легкой походкой он шел, ступая по мраморным плитам Сада. Его крылья колыхались в такт движению. Они встали, прижали правые ладони к груди и склонили головы, как подобает приветствовать высших ангелов Пределов.

– И я приветствую Вас. И тебя брат, и тебя сестра.

Люций присел на скамейку, ангел и муза последовали его примеру.

– Ну, познакомь же нас, - Высший ангел потянулся.

– Люций, Первый сын Создателя. Мой лучший друг и брат, - Туор махнул рукой на друга.
– Это Дария, самая добродушная из всех муз.

– Это честь для меня!
– Она встала и вновь склонила голову.

– Равно, как и для меня, сестра. Не каждая муза вынесет этого зануду, - Он кивнул на Туора.
– Так ты говоришь самая добродушная?
– обратился Люций к Туору.
– А мне послышалось или она действительно хотела проработать меня?

Муза смущенно опустила голову.

– Прощу прощения за дерзость, милостивый Серафим, - Дария часто задышала.

Неуважительным отношением к Высшим ангелам можно было накликать на себя беду. Это грозило в лучшем случае нарядом тяжелых работ, в худшем - развоплощением.

– Полно, - поспешил успокоить ее Люций.
– Я не такой свирепый. Хотя, когда надо, могу быть таковым. Наверное. Случая не представлялось проверить, - Он засмеялся.

– Милостивый Сера...
– начала Дария, но высший тут же прервал её.

– Люций. Зови меня Люций. Друг моего друга - мой друг! Все эти чины оставьте для официальной части. Сейчас я равный, среди себе подобных. Какая вежливая муза!
– он подмигнул Туору и обратился уже к Дарии.

– И чем занимается моя младшая сестра?

– Я даю силу братьям творить хвалебные песни в честь Создателя. Записываю результаты своей работы и подшиваю в общую папку деяний своих.

– Нужное дело! А не слетать ли нам в верхние Пределы? Послушать пение ангелов, развеять грусть?

– Как прикажите...
– муза склонила голову.

Люций сделал жест рукой, приглашая их за собой. Ангел и муза встали, вслед за ними поднялся Люций. Первый Сын расправил свои крылья, размах которых был больше, чем у ангелов, стоящих ниже его по рангу, и взвился вверх. Туор и Дария полетели за ним в след.

Подлетая к верхним Пределам, они услышали звуки музыки. Верхние Пределы были местом обитания ангелов - музыкантов и поэтов. Здесь творили во славу Создателя круглыми циклами. Тут же находился огромный зал, где все обитатели Пределов могли наслаждаться творениями своих братьев и сестер. Сейчас зал был полон. Тысячи ангелов сидели на плетеных скамьях и внимали играющим музам. Их пальцы легко перебирали струны золотых арф, а крылья чуть вздрагивали в такт музыки. На вновь прибывших никто не обратил внимания. Считалось дурным тоном прерывать любое собрание в Пределах. Едва музыка стихла, все англы захлопали, а музы встали и склонили головы.

На сцену вышел ангел и громко крикнул:

– Братья и сестры! Своим появлением нас почтил сам Люций, Первый Сын!

Все присутствующие встали и повернулись в сторону Высшего ангела, ощущая его, проводя ритуал приветствия. Люций же выставил вперед правую руку, отвечая и заканчивая ритуал. Все заняли свои места, включая муз, игравших на арфах, и музыка зазвучала вновь. Вперед вышли несколько ангелов и запели. Их голоса были настолько чисты и невесомы, что по крылам стала растекаться нега, хотелось закрыть глаза и дать музыке завладеть собой. Вокализ иногда поддерживался играющими музами. Голоса ангелов то затихали и становились едва различимыми, то достигали своего апогея, ни чуть при этом не напрягая слух. Собрание продолжалось до окончания малого цикла. Когда последняя струна перестала вибрировать, зал взорвался аплодисментами. Ангелы поднялись со своих мест, и, расправив крылья, стали разлетаться кто куда.

– Ну что, до завтра?
– спросил Люций Туора.

Тот посмотрел на Дарию. Ее умоляющий взгляд просил остаться.

– С твоего позволения, я хотел бы провести следующий малый цикл со своей музой, - ангел поклонился.

– Воля твоя брат. Я буду у себя. Приходи, ты всегда желанный гость в моей скромной обители, - и Первый Сын взмыл вверх.

– Спасибо, Туор, - Дария провела по волосам ангела.
– Я знаю, что тебе не легко далось это решение. Ты сильно привязался к нему. Боюсь, что скоро у тебя совсем не останется времени на меня.