– Ты плачешь?!
– спросил ее Туор.

– Я плачу от счастья! Хвала Создателю! Это, воистину, чудо!

Поток воды омывал грудь музы, лаская каждую пядь ее молочной кожи. И, уже никого не стесняясь, Дария вышла из воды и расправила крылья, отдаваясь солнечным лучам.

– Чего вы ждете?!
– крикнул Туор.
– Так и вернетесь в Пределы, не испытав этого чувства?! О чем же тогда вы будете говорить? Смелей!
– И скрылся под водой по примеру Люция.

В стане ангелов началось движение. Вперед выступили музы.

– Не бойтесь, вам понравится!
– напутствовала их Дария.

Музы скинули сандалии, сбросили одежды и, покачивая бедрами, вошли в воду. Дабы не праздновать труса, следом за музами, под водой скрылись и Агарес с Аваддоном. Вскоре, все ангелы плескались в реке.

Смеялись и брызгались музы. Ангелы вели себя более сдержанно. Дария плела венок из желтых цветов.

– Этот Мир им по нраву, - сказал Туор.

– Боюсь, он не создан для нас, мой друг, - ответил Люций.

Они стояли поодаль и наблюдали за игрой муз и показным спокойствием ангелов.

– Я думаю, у Создателя будут для нас еще сюрпризы. Если бы Он того хотел, то создал бы для нас Мир, подобный этому, давно. С самого начала. Мы всего лишь слепые исполнители Его воли. И у меня есть чувство, что сюрприз этот не будет нам по нраву, попомни мои слова.

– Люций, а Аваддон и Агарес, кто они?

Собеседники присели на траву.

– Они самые настоящие братья, Туор. Создатель сотворил их вместе. Я был тому свидетелем. По обыкновению своему, я присутствовал при Рождении и был сильно удивлен, увидев сразу двух ангелов. Это было в первый и последний раз. Больше такого не случалось. Агарес был подобен тебе, а Аваддон оказался крепким созданием, и его первыми словами были - Отойди. Я сам!

Они всегда держались вместе. Аваддон был серьезен, а Агарес... Полная противоположность своего брата. Возможно, за это он мне и нравится.

– А Рафаэль?
– задал очередной вопрос ангел.

Люций стал серьезным. Вопрос Туор огорчил.

– Рафаэль... Рафаэль третий сын Создателя. Вторым был Михаэль. Как ты знаешь, Рафаэль занимается преображением этого Мира, а Михаэль всегда находится подле Создателя. Есть еще Габриэль...

В небе появилась маленькая точка, которая увеличивалась в размерах. Уже можно было различить крылья, что говорило о том, что это был ангел.

– Лёгок на помине...
– Люций приложил к глазам ладонь, прикрываясь от солнца и всматриваясь ввысь.
– Рафаэль...

Ангел опустился в нескольких шагах от Люция и Туора. Он был чуть ниже Первого Сына. Его темные волосы были распущены. Красивое лицо ангела не портила маленькая горбинка носа, а скорее наоборот, предавала ему некий шарм. Он подошел к Люцию и заключил его в объятия.

– Давно не виделись, Рафаэль!

– Да, уж, - ответил тот.
– Я весь в делах, весь в заботах. Летаю туда-сюда... Тут смотрю, там подмечаю. Отчеты, отчеты... А как у тебя?

– У меня все хорошо. Ни забот, ни хлопот.
– ехидно ответил Люций.

– Какую мы работу проделали! Жалко, тебя с нами не было! А то кручусь тут один.
– развел руками Рафаэль, делая ударение на слове "один", дабы показать свою важность и поддеть Люция.
– Тут ведь глаз да глаз нужен. Дело-то важное! Что скажешь?

– Весьма впечатляет!
– сказал Люций.
– Вот только смущает одно. Кроме ангелов, тут нет никого. Создатель просил присмотреться, предложения высказать. Как на счет этого?

Люций воздел к небу руки. Несколько десятков ярких огоньков ослепительно полыхнули и перед Рафаэлем закружили бабочки. В следующий момент произошло то, от чего по коже Туора побежали мурашки. Рафаэль выставил ладони вперед и с них сорвались крохотные молнии. Бабочек окутало черным дымком, и они пеплом осыпались в траву. Глаза Люция наполнись яростью.

– Не обижайся на меня, брат, - спокойно сказал Рафаэль.
– Но не в твоих силах и не в твоем праве давать Жизнь. Это может делать лишь Создатель. Я обязан буду доложить об этом.

Люций стоял, сжимая кулаки.

– Тогда и отнимать жизнь имеет право только Он!

– Ты абсолютно прав. Если я сделал что-то не так, то я покорно приму любое наказание, которое Создатель сочтет для меня необходимым.

За происходящим наблюдали все. Никто не произнес ни звука. Казалось, даже река перестала журчать.

– А сейчас прошу простить меня, - Рафаэль расправил крылья.
– Дела!

Ангел взмыл в небо и исчез в облаках. Люций стоя молча. Его верхняя губа начала подергиваться.