— Об османах не забыл? — напомнил Малиновский.

— О них забудешь! — Олег мотнул головой в сторону бархана, где на часах в полной боевой выкладке дежурила охрана. — Если что, договорюсь с султаном. Как с Бурбоном, — Олег заржал своей шутке, она показалась ему очень остроумной.

Рядом валялся Нурлан Исынбаев. Думать ни о чем не хотелось. Весь год он занимался черт-те чем, в каждой дырке затычка. По своей основной специальности — медицинская травматология — он работал всего пару раз, когда Олег ввалился в Ниццу с несколькими подводами изуродованных германцев, чье состояние походные аптечки только стабилизировали, и когда латал пиратов, которых Олег с Якимурой нафаршировали револьверными пулями. Он не роптал, все были в схожем положении. Лишь Олег убивал, как в космосе, да Новак пытался на коленках производить сложную химию.

Но все хорошее быстро кончается.

— Пора и честь знать, дети мои, — пропел Джонс голосом «святого» Клинтона.

Подогнали платформы, перед вылетом собрались все вместе. Густав, первый из десантно-штурмовой десятки, попавший на Землю-2, влез в скафандр и вместе с напарником засел на бархан, сменив предыдущую пару. Насколько хватало глаз, Синайская пустыня была безлюдной, как и морская поверхность. Он расслабился, даже поднял забрало. Устав уставом, но все мы люди.

— Перед тем как разлететься, давайте скажем друг другу пару слов. Ведь, по правде говоря, мы здесь против всей планеты. Кто первый?

— У меня есть что сказать, сюрприз! — Новак показал на ладошке шарик с усиками. — Первый кремниевый транзистор местного производства.

— Лучше бы организовал производство электролампочек. — Олег перевернулся, подставляя солнцу другой бок. — Задрала копоть от масляных ламп и свечек.

— Ну ты зря, — вступился за химика ван Нааген. — С выходом на электронное производство мы опередим график индустриализации лет на сорок. А я стану первым олигархом планеты. Что с тобой, Якимура-сан?

И без того не слишком выразительное лицо японца словно окаменело, потом он выхватил бластер и всадил заряд в профессора. Следующий импульс влетел в голову Новака. Затем Якимура засек движение справа, обернулся. Это вскочил Олег, дернулся к оружию, но, почувствовав, что не успевает, бросился в сторону, уходя с линии огня. Благодаря отчаянному броску огненная струя ударила не в грудину, а ближе к правому плечу, снесла руку и выжгла половину легкого.

Якимура развернулся к часовым. В броне и с тяжелыми бластерами они сейчас были опаснее всего, потом разберется с остальными. Густав поднял ствол, но вбитая в спинной мозг привычка к субординации на долю секунды удержала палец от того, чтобы выстрелить в шефа. Якимура попал ему точно в лоб, довернул бластер и выстрелил во второй скафандр.

Часового спасло соблюдение устава — его скаф был в боевом положении. Он послал импульс в японца, отрубив ему верхнюю часть туловища. Ноги и живот начали оседать на песок, как вдруг исчезли с легким хлопком, оставив легкое облачко вонючего дыма. Бластер упал рядом с телом Новака, который мертвой рукой сжимал бесполезный теперь транзистор. Истекал кровью смертельно раненный Олег. Остальные получили ожоги от близких разрядов бластеров. Пикник кончился.

Может, вообще не спать, думал Михаил, прокручивая хронику Синайского кризиса в четвертый раз. Как позволю себе два часа отдыха, там все вверх дном. Происшедшее показалось ему настолько важным, что он поднял весь мировой Совет, и вместе с его членами в пятый раз увидел дематериализацию Якимуры. Находившиеся на Земле и на спутниках попали в разные часовые пояса. Все остальные получат запись.

Экстренная телеконференция — крайне редкое событие. Михаил как ассоциированный член Совета имел право созыва, но воспользовался им в первый раз. Это право он получил вместе с креслом начальника Центра, то есть меньше недели назад по земному исчислению. Штрудель занимал эту должность около пяти лет и ни разу не тревожил Совет.

Разглядывая лица важных сановников, помятых после сна, бодрых или усталых, он быстро отчеканил свое видение ситуации:

— Из видеозаписи следует, что существо, известное нам как человек Иосири Якимура, при поражении бластером с уничтожением не менее трети телесной оболочки дематериализовалось с выделением озона и других газов. Установить состав газов по причине отсутствия на месте измерительной аппаратуры не представилось возможным. Тем не менее, с высокой степенью вероятности, позволяющей игнорировать альтернативные варианты, существо идентифицируется как инопланетный полиморф, относящийся к той же группе, что и так называемые хозяева галактики. Все ранее принятые меры проверки личного состава, перемещаемого на Землю-2, включая медицинские тесты до и после отправки, со стопроцентной уверенностью гарантировали аутентичность Якимуры как человека.

— Вы хотите сказать, что у нас в тылу действовал галактский шпион? — пророкотал сенатор от Атлантического союза.

— Так и есть. Уважаемые члены Совета, данный инцидент показал, что галакты имеют возможность внедрять к нам агентов в телесном обличии, которое не может быть детектировано как инопланетное имеющимися у нас технологиями. Человек Якимура существовал. Действовавшее на Земле-2 существо обладало его познаниями, интеллектом и, возможно, даже некоторыми личностными качествами. В течение полутора лет по местному времени существо удовлетворительно выполняло все обязанности сотрудника Миссии и не вызывало подозрений ни у них, ни у меня. Предполагаю, что подмена произошла до отправки, с тем, чтобы сотрудники Миссии, ранее не знакомые с человеком Якимурой, не заметили особенностей поведения в результате замены. Уничтожение ключевых фигур в Миссии произошло в момент, когда инопланетное существо узнало о существенном опережении графика прогрессорства, из чего напрашивается вывод, что галакты высоко оценивают потенциал Земли-2 в качестве угрозы. Далее, информация для существа оказалась неожиданной и неприемлемой, оно сымпровизировало, воспользовалось нахождением большинства наших людей в одном месте, и если бы один из часовых не ликвидировал его, могло уничтожить остальных.