Разъяренные клиенты забросали компанию судебными исками. «Калипсо» сняли с рейса, решено было отправить лайнер на ремонт. Капитан Флинт расстроился. Его планы летели ко всем морским чертям. Капитана ждали в Европе, и он давно бы там оказался, если бы не это плавучее недоразумение.

Лето и осень в Карибском море – сезон сокрушительных ураганов. Они сметают все на своем пути, разрушают дома, смывают в море острова и топят корабли. Поэтому в мае почти все круизные лайнеры отправляются от американских берегов на восток, пересекая Атлантику.

Здесь они совершают круизы по Средиземному морю, скандинавским фьордам и прочим европейским водоемам, пока в конце ноября не заканчивается курортный сезон. Тогда лайнеры ложатся на обратный курс, чтобы в декабре снова начать курсировать по Карибскому бассейну. И так до мая.

Но в этот раз все смешалось. Сначала судовладелец заявил, что «Калипсо» не пойдет в Средиземноморье, так как нуждается в срочном ремонте. А буквально через неделю капитан Флинт узнал, что ему придется вести свой лайнер в незапланированный круиз. И не по Средиземному, а по Карибскому морю. Ну что же, он полагал, судовладелец знает, что делает. И, устранив на скорую руку наиболее вопиющие неисправности, вышел в море. И вот опять.

– Где этот чертов радист, разрази его гром?! – рычал капитан Флинт. – Куда он пропал? Дожили! На круизном лайнере среди бела дня, при полном штиле, пропадают члены экипажа! Как вам это нравится! У нас что, корабль-призрак? «Летучий голландец»?

Старший помощник капитана мистер Сильвер осторожно покашлял:

– Не волнуйтесь, сэр. Радиста нашли. Сейчас его принесут.

Капитан Флинт удивился:

– Как принесут? Почему? Он что, мертв?

Старший помощник Сильвер смущенно потупил взор:

– Почти, сэр. Он мертвецки пьян.

Капитан Флинт выругался:

– Но на судно запрещено проносить алкоголь!

Старпом Сильвер развел руками:

– Боюсь, во всем виноват русский диджей мистер Воробей. Эти русские способны превращать в вино все, к чему прикасаются. Свидетели утверждают, что он и радист уединились в каюте и долго оттуда не выходили. Я не доверяю русским. Мой дед сидел у них в лагере, в Сибири.

Капитан Флинт передал вахту мистеру Сильверу и отправился отдыхать в свою каюту. Больше всего ему хотелось сейчас взять за шиворот этого русского Воробья и вытрясти из него бутылку-другую его контрабандной выпивки. Сам капитан не осмелился нарушить строжайший запрет, наложенный на алкоголь фирмой – заказчиком круиза.

Тут капитан снова выругался. Навстречу по коридору двигался особенно ненавистный ему сейчас владелец фирмы-заказчика «Амалтея» господин Сиракузер. За ним следовал его старший менеджер по работе с клиентами седой блондин Монтегю.

Увидев капитана, господин Сиракузер придал своему лицу высокомерное и недовольное выражение.

– Господин капитан, – обратился он к Флинту. – От клиентов моей фирмы поступает много жалоб. Мистер Монтегю тщательно их записывает. Трое застряли в лифтах, у половины не работают телевизоры и почти ни у кого не работает телефон, даже в делюксах и сьютах. Неслыханное безобразие! И не надо говорить мне, что пассажиры будут молчать, потому что круиз для них бесплатный. Вам заплатила моя фирма, «Амалтея».

– Ваша фирма зафрахтовала эту дырявую посудину по дешевке, – невозмутимо ответил капитан Флинт. – Поэтому скажите спасибо, если мы вообще вернемся живыми.

И с достоинством удалился.

– Черт знает что! – выругался господин Сиракузер, вытер лысину платком и обратился к своему помощнику: – Послушай, Монтегю, что это за десерт с зеленой полосой? Его оказалось чуть ли не треть от общего количества «Нектара».

Монтегю склонил голову к уху шефа:

– По документам он проходит как «Супернектар». Публика от него просто тащится. Мне трудно судить, нам же запрещено употреблять продукты, предназначенные для участников конкурса.

Господин Сиракузер надулся от важности.

– Вот именно, Монтегю, запрещено. Это распоряжение дирекции фирмы-поставщика. Не забывайте об этом.

По правде говоря, он и сам не понимал сути этого запрета. Но господин Сиракузер добрался до столь высокого положения в обществе именно потому, что привык исполнять приказы и не задавать неудобных вопросов. И превыше всего ставил интересы фирмы «Амалтея».

В тесном кубрике Поручик дождался, когда Игорь проснется, потом задал вопрос:

– Что такое «Амалтея»?

Тот усмехнулся, протер глаза, затем приступил к рассказу.

– С «Амалтеей» мы столкнулись случайно. Знали только, что эта фирма производит продукты питания. Но как-то раз прошла информация, что на одной из принадлежавших «Амалтее» фабрик, расположенной в горах Румынии, проводят смертельно опасные опыты на мартышках. Группа наших товарищей собралась провести акцию протеста. Я тогда сломал ногу и не смог поехать с ними. Так вот, они приковали себя наручниками к воротам фабрики. Ночью их всех убили, а тела сожгли и закопали. Уже много позже мы узнали, что хозяева фирмы проводили опыты вовсе не на мартышках, а на людях, из которых не выжил никто. И эти хозяева ни перед чем не остановятся. Они подсаживают потребителя на свою продукцию как наркоторговцы на героин. Система безопасности на «Амалтее» – как на секретном военном производстве.