Так продолжалось до осени, когда капитан Гвор дал генеральное сражение забравшемуся в леса трехтысячному войску противника. Сражение было неправильным. Бертаймцев расстреливали из луков, а им оставалось только защищаться, любая контратака в направлении стрельбы попадала в пустое место, рубить можно было только деревья. Когда прикрытый щитами сильно поредевший строй бертаймцев, потерявших всех лошадей, сумел, наконец, вырваться из леса, по нему с противоположной стороны ударила конница Гвора, обошедшая врага. Разгром был полный.

С этого момента война стала позиционной. Хортская армия перехватила инициативу, но сил для серьезного удара у нее не хватало. Партизаны налетали на отдельные отряды и гарнизоны, убивали чиновников, перехватывали обозы, иногда проводили глубокие рейды по тылам противника. Герцог пытался перекрыть границы, гонялся за нашими отрядами на своей территории, однако в лес не лез. О новых завоеваниях речи не шло. Все силы приходилось кидать на защиту. Несмотря на это, наша казна пополнялась намного быстрее, чем его. А уж людские потери нельзя было даже сравнивать.

Три с половиной года такой войны сильно подорвали экономику Бертайма. Герцог изначально отхапал себе кусок, которым без помощи приморцев должен был подавиться. Вмешательство лесной армии усугубило его положение…

— Деда Йети! Деда Йети! Смотри, что я придумала!

Такали. Маленькая Тала. Девочка, которая не должна была жить. На которую валятся все возможные неприятности. Потерявшая мать в два месяца. Спасенная от голодной смерти за считанные минуты до конца. К которой мгновенно липла любая болезнь. Она выпила моей крови больше, чем любые десять других детей вместе взятые. В прямом смысле: в виде лекарств. Несмотря на это, только год назад начала более-менее приходить в порядок…

Такали. Удивительная девочка. Уникальный математик и физик. В четыре года она играючи делает открытия, на которые у многих цивилизаций уходит не одно поколение. Сейчас она тащит меня к стиральному корыту, до половины наполненному водой.

— Смотри, деда Йети! Я бросаю в воду кинжал! Он тяжелее воды, тонет! А вода поднимается!

— Правильно, поднимается.

— Сколько было кинжала, настолько вода и поднялась!

— Точно!

— А теперь бросаю деревяшку, — она вытаскивает из корыта кинжал и опускает туда небольшое полено.

— Оно легче воды, и не тонет. А вода всё равно поднимается! А деревяшка не совсем не тонет, она немножко тонет, а немножко не тонет. — Тала частит, торопясь объяснить мне своё открытие. — А вода поднимается настолько, насколько утонула деревяшка! Вот!

— Ты молодец, совершенно правильно думаешь. — Это чудо только что открыло закон Архимеда. Однако оно еще и недовольно.

— Только я не знаю, как это использовать…

— Давай подумаем дальше. Насколько деревяшка вытеснила воду? На вес или на объем?

Когда Тала думает, она шевелит ушами. Обычно у людей уши неподвижны. А Тала может ими немного шевелить. Совсем чуть-чуть. Вкупе с наморщенным лобиком выглядит очень комично. Физические термины наш гений знает, но не любит, и употребляет только, если ей не хватает обычных слов.

— Деревяшка… вытеснила… на вес… На вес всей деревяшки! — Тала, наконец, определилась. — И на объем той части, которая утонула! И на вес, и на объем! И на вес, и на объем! А деревяшка не до конца утонула, потому что вода ее выталкивает! Та вода, которую она вытеснила! Своим весом!

— А кинжал не выталкивала?

Еще одна короткая пауза и шевеление ушами.

— Выталкивала! Выталкивала! Только он тяжелый, воде сил не хватило!

Тала прыгает вокруг меня на одной ножке и выкрикивает, сочиняя на ходу:

— Палку, впернутую в воду,

Выпирает на свободу,

Силой выпертой воды,

Палкой впернутой туды. — девочка заливается счастливым смехом…

Ее второй талант — стихосложение. По любому законченному делу получайте стих. Бросив меня, кроха устремляется к идущей с дойки Ладлиль.

— Лада! Лада! Смотри, что я придумала!

Изучаю ауры приближающегося к поселку отряда. Засек я его давно, но сейчас уже можно опознать конкретных людей. Ого! Сам главнокомандующий пожаловал! Еще не пожаловал, но через часок будет. Незнакомых в отряде нет, так что можно особо не беспокоиться. Зато с ними и Юшман, и Лысто. И даже Стякуж. Вечером будет большой пир и дежурные обещания мордобоя. Едут-то наверняка по делу, но как же без пира! Так, а где отряд Ровги? С ним же оба малолетних короля. Ага! Тоже будут в течение часа. Возвращаются все, значит, сумели забрать добычу целиком, второй ходки не потребуется. Нет, точно шутка Шебура с дровами была продумана в деталях! Мелкий провокатор!