Как на крыльях летела она домой – в комнату общежития №2 для слушателей подкурсов, не выпуская из рук заветную книжку с золоченой державной курочкой на обложке!

Общежитие Василисы располагалось в подмосковном городе Подольске, живописном и неспешном, как вся русская провинция. Принадлежало оно Подольской летной школе пилотов-космонавтов.

Школа сия была известна тем, что женщин-пилотов в ней обучалось немногим меньше, чем мужчин. Это и определило Василисин выбор (она чертовски тосковала по женскому обществу, и даже ночью ей снилось, будто у нее наконец-то появилась подруга!).

Впрочем, не только это. На решение повлияло также то, что ее поддатый и небритый ангел-хранитель дядя Толя был выпускником именно этой достойной альма-матер.

– А вот когда я учился, – разглагольствовал за пивом дядя Толя, – у нас на курсе только три бабы было. Мы их называли "стюардессами", ну, чтобы посильнее унасекомить... Помню, обижались они жутко на этих "стюардесс"... Шипели как кошки, – дядя Толя расплылся в улыбке школьника-озорника, дергающего девочек за косички всуперечь замечаниям училок.

– Еще бы не шипели! Я бы тоже шипела! – насупилась Василиса, которая потихоньку входила в роль будущей студентки.

– А теперь-то чего шипеть... Полный фэ! В смысле феминизм! Скоро мужиков в пилотах не останется, одни бабы, – развел руками дядя Толя. – Что вам там хоть читают на этих подкурсах, а? Выкладывай немедленно!

Василиса собралась с мыслями и начала выкладывать:

– Ну, во-первых, физику. Сложно у меня эта физика идет, занимаюсь дополнительно с кибер-репетитором... Во-вторых, дают математику. Тут полегче, препод говорит, у меня способности... Еще геометрию, химию... С химией у меня провал. Одна радость: при поступлении ее спрашивать не будут.

– Тю... – разочарованно промолвил дядя Толя. – Средняя школа какая-то! Нет хотя бы аэродинамику, астрогацию...

– Астрогацию? Если нам такую заумь сейчас читать, что же мы будем учить, когда поступим? – резонно заметила Василиса.

– Ну вам хоть внутренности флуггера показывали? Чтобы отличали где движок, а где охлаждение?

– Показывали два раза. Есть у нас такая дисциплина – "Основы матчасти". И такой мужчина добрый ее ведет, Василь Петрович. Он нас стишку научил.

– Какому еще?

– "Весь в мазуте и в тавоте, но зато служу на флоте!" – продекламировала Василиса и радостно улыбнулась.

– Этому стишку лет шестьсот, я так думаю, – в благодушной рассеянности заметил дядя Толя. – И лет четыреста уже никакого мазута с тавотом на флоте нет.

– Какая разница? Рифма "тавоте" – "флоте" прикольная.

Пилот тайком ухмыльнулся. Слово "прикольная" Василиса раньше не употребляла, как и все муромчане. И вдруг – начала. Что ни день, то метаморфозы!

– Ну а у вас как дела? – спросила Василиса, разумея хлопоты дяди Толи по возвращению себе честного имени, а также нормальных документов и занятию нетрапперского жизненного курса.

Дядя Толя сразу посерьезнел и взял привычный для разговоров на эту тему натужно-беззаботный тон.

– Докладываю. Оказалось, халатность, которую я допустил, не такая уж и роковая. Никто ведь не погиб... Чудом, между прочим! Отчего я тогда так запаниковал?.. Ну а материальные убытки я, конечно, возмещу. Буду работать, выплачивать... Тем более, есть судебное решение. В общем, я как бы теперь условно-досрочно освобожден... Да и срок давности уже подступает – ведь не погиб никто! Спасибо Александре твоей! Она таких зубастых адвокатов привела! Порвали обвинителя, как тузик грелку! В два счета доказали прокурору Зозуле, что я уже четыре раза искупил свою вину кровью! И что в трудных условиях я всегда был на стороне интересов Российской Директории!

– А что с пиратами дружили? Это вам не припомнили? – понизив голос до полушепота, поинтересовалась Василиса.

– Пираты меня, чтоб ты знала, егоза, противозаконно удерживали. Удерживали против моей воли, – дядя Толя сделал официальное, исполненное поддельного внутреннего благородства лицо.

– Это вас адвокаты подучили так говорить! – со свойственным себе простодушием догадалась Василиса.

– Тс-с! – дядя Толя приложил к губам указательный палец.

Василиса степенно кивнула – мол, не маленькая.

– То есть получается, если вас суд оправдал, не надо было столько лет прятаться? От семьи скрываться, смерть свою инсценировать?

– Это с какой стороны посмотреть. Если с религиозной, метафизической – так я многое понял. А также осмыслил и усвоил. Говорю это, доця, без всякой иронии... А если бы не та история, может и жил бы дальше чурбаном, ни о чем настоящем понятия не имеющим.

– А как ваша жена? Как дочка?

– Ну, Ангелина – та просто взяла да замуж вышла, это я на ее страничке прочитал. За шишку какую-то из Министерства Путей Сообщения. Пачка у мужа толстая, глазки свиные. Тот еще зятек у меня, чувствую... А жена... Как тебе сказать... У нас ведь с Наташкой накануне моего таинственного исчезновения с острова Сокотра все совсем плохо было. Ну, в плане взаимоотношений... А будь лучше, так я никогда бы так и не поступил. Я бы в тюрьме честно сидел, лишь бы только иметь возможность с любимой женой общаться, пусть и через решетку... А так... В общем, Наталья тоже замуж вышла. За кого – не ведаю... Но зная ее вкусы, думаю за какого-нибудь чистенького тихоню вроде преподавателя фарси в военной академии. Чтобы интеллигентный был и не пьющий. Заморыш какой-нибудь... Но я ее не виню, ты не думай! Я же считался "без вести пропавшим"! Так что сейчас буду с ней разводиться, поскольку теперь, когда я внезапно нашелся, она вроде как двоемужница...