Нахлынули воспоминания. Клыкастое невозмутимое лицо Тарка Тарсаса. Грустные глаза принца. Песня Варры… Омал стиснул хрупкую лилию бокала, едва не раздавив. Конечно, можно было догадаться…

Можно было догадаться, что любимая исполнительница его высочества не кто иная, как мисс Варра Венерианская…

Но нельзя было догадаться, что, услышав ее голос, чужак в чужом теле, психотурист Омал почувствует острую боль где-то в области сердца – сердца, принадлежащего бретёру Джо Бастеру, который любил девушку с кошачьими глазами и который оставил ее ради неведомой Омалу цели.

«Ведь ничего толком не узнал, не пережил, не перечувствовал, – с тоскою думал Омал. – Попрыгал по верхам, поучаствовал в паре драк, покорчил из себя супермена, и все… А впрочем, может, так и надо? Вникать во все тонкости и подробности – жизни не хватит…»

В интеркоме захрипели помехи, сквозь которые едва прорезался голос Саймака:

– Мистер Бастер, будьте любезны, поднимитесь в рубку.

– Сейчас!

Омал встал – недопитый бокал едва не полетел на пол. Омал подхватил его, уронив на белый ковер лишь несколько красных капель, выключил автомат и вышел из каюты вон.

– Мы засекли его на первом же витке, – сказал Саймак, указывая трубкой на зеленый блин радиолокационного экрана.

Омал уставился на бледную точку, пересекающую линии координатной сетки. В ней не было ничего угрожающего.

– На стандартные позывные он не отвечает, – продолжал капитан.

– Я рассчитала его траекторию, – вмешалась мисс Брэкетт. – Через шестьдесят шесть часов одиннадцать минут она пересечется с нашей.

– Максимальное сближение? – поинтересовался Саймак.

– Полтора мегаметра.

– Для абордажа вполне достаточно, – пробурчал Уэйнбаум.

– Так они кто, пираты? – спросил Омал.

– Каперы, – уточнил капитан. – Преступники всех рас, нанимающие частные суденышки для разовых операций. Постоянно действующие пиратские банды имперский космофлот давно бы уничтожил.

– А мы можем вызвать подмогу?

– Лишь в случае прямой и недвусмысленной угрозы, – отрезал Саймак.

– То есть, пока они не нападут, мы не можем послать SOS? – уточнил Омал.

– Совершенно верно, сэр, – откликнулся капитан.

– Зачем же вы меня пригласили в рубку?

– Вы владелец, сэр, – сказал Саймак, – и вы вправе принять решение. Еще не поздно начать торможение и вернуться к Марсу.

«Ничего себе задачка…» – подумал Омал.

Принять решение оказалось не так-то просто. Связываться с космическими бандитами не хотелось. Вряд ли их остановит то, что на борту «Тувии» живые люди. Яхта была слишком ценным призом, чтобы церемониться с ее экипажем и пассажирами. Но, с другой стороны, вернуться означало отступить от заранее намеченного плана. Само по себе это не слишком беспокоило «господина яхтовладельца», но он понимал, что на повторную заправку и прочее обслуживание уйдут все оставшиеся у него деньги. К тому же рано или поздно придется выплачивать экипажу жалованье, а для этого необходимо пополнить казну. И потом, не хотелось бы подводить Артура и профессора, которые очень рассчитывают на оберонское месторождение элизиума. Выходит, как ни крути…

– Продолжаем идти прежним курсом, – сказал Омал.

– Есть, сэр! – отозвался Саймак, и в глазах его Омалу почудился одобрительный блеск.

– Нападут – отобьемся, – несколько легкомысленно заявил Омал.

– Пожалуй, – буркнул старпом. – У нас тоже стволы имеются… И потом, абордаж в Космосе – занятие рискованное…

– Хорошо, – сказал Омал. – В случае опасности поднимайте тревогу, капитан.

– Да, сэр!

Омал кивнул ему и спустился в пассажирские отсеки. Лирическое настроение как рукой сняло, захотелось веселья. Он ввалился в кают-компанию, где дым стоял коромыслом. На диванах валялись полуголые девчонки из заведения мадам Кан. Не многим более одетый Артур Бердо рассказывал им что-то смешное. Визгливый хохот перекрывал гул атомных двигателей корабля. В специальной термонише влажным мешком громоздился профессор Стросс. Глаза его были бледнее обычного, а бутыль марсианского самогона в щупальцах – почти пуста.

– А-а! – заорал авантюрист. – Мистер отшельник пожаловали! Штрафной ему! Ну-ка, девы Марса, подсуетитесь…

И лунные девушки подсуетились. Омал и глазом не успел моргнуть, как его увлекли на диван, налили огромный бокал, заставили осушить до дна, а затем налили еще. После третьего бокала у яхтовладельца все поплыло перед глазами. С идиотской ухмылкой он смотрел, как Бердо показывает девочкам фокусы. Драгоценный браслет из элизиума, повинуясь его воле, то превращался в похабную статуэтку, то живой змейкой проникал в глубокое декольте испуганно хохочущей девицы.