— Прости, — ответила она. — Я поняла, что из тебя получится замечательный отец. Поняла, что хочу гордиться тем, как ты заботишься о наших дочерях.

— У мужчин, носящих фамилию Беннетт, девочки не рождаются, — решительно заявил Люк. — У нас рождаются только парни. Смелые и рисковые.

— Нет. Юн сказала, что наш первенец будет девочкой. Люк? Ты все еще на линии?

— Не выходи из спальни, — произнес он хриплым голосом.

— Юн нет дома. Кто-то должен открыть тебе дверь. Буду ждать тебя у лифта.

Пятнадцать минут спустя Люк вошел в пустую кабину частного лифта. Прислонившись к стенке, он стал с нетерпением ждать, когда наконец поднимется на верхний этаж. Ему казалось, что лифт ползет как черепаха.

В кармане у него лежало кольцо из платины с безупречным бриллиантом, окруженным сапфирами, — маленький шедевр ювелирного искусства. Эрин выслушала его сбивчивые объяснения и сделала именно то, что он хотел.

Раньше смыслом его жизни была работа, связанная с большим риском. Он думал, что этого ему достаточно, но только познав настоящую любовь, понял, что такое счастье.

Маделин в обтягивающем платье цвета янтаря стояла у лифта. Каждая нервная клеточка в ее теле звенела в томительном ожидании.

Наконец лампочка наверху загорелась и серебристые дверцы медленно раздвинулись.

Люк стоял, прислонившись к задней стенке. Его голова была слегка откинута назад, руки лежали на поручнях. Горящий взгляд был полон нежности, страсти и обещания.

Опустив глаза, Маделин посмотрела туда, куда даме смотреть не следует.

И улыбнулась.