— Разумеется, — пожал плечами король. — Да только тебе не хуже моего известно, что эти твари избегают честной схватки и предпочитают отсиживаться за спинами обманутых ими глупцов.

Лемуриец помолчал, затем, оглядевшись по сторонам, вплотную приблизился к Куллу.

— У меня есть один план, — тихо прошептал он. — Думаю, стоит попробовать.

В неясном свете мерцающих светильников лица двух Алых Стражей, замерших у дверей королевских покоев, казались застывшими масками. Перевалило уже далеко за полночь, и все звуки во дворце давно стихли, лишь легкое потрескивание пламени нарушало гнетущую тревожную тишину.

Шагах в двадцати от караульных, у противоположной стены, стоял рослый воин, также облаченный в алые доспехи. Его серо-стальные глаза неотрывно смотрели в сторону двери, ведущей в королевскую опочивальню, а крепкая загорелая ладонь уверенно лежала на рукояти длинного меча. Время тянулось бесконечно медленно, но на мужественном спокойном лице стража не было заметно ни тени усталости или нетерпения. Встретившись глазами с одним из часовых, он едва заметно улыбнулся ему уголками губ.

Внезапно что-то заставило могучего воина насторожиться. В глубине коридора послышался легкий шорох, и гигант резко обернулся в ту сторону. Звук стих, но он продолжал настороженно вглядываться в тускло освещенное пространство, пытаясь определить, откуда мог исходить загадочный шум. По всему коридору были расставлены Алые Стражи, и загорелый рослый боец мог видеть лица тех, что стояли у противоположной стены. Все они бесстрастно смотрели прямо перед собой и, по-видимому, не слышали никакого шороха. Страж с серо-стальными глазами — а это был не кто иной, как сам король Кулл — уже решил, что неясный шорох ему всего лишь почудился, но тут его чуткий натренированный слух вновь уловил все тот же приглушенный звук.

Атлант напрягся, до боли в глазах всматриваясь в пространство коридора, но по-прежнему так ничего и не разглядел. Он с трудом сдерживался, чтобы не броситься в ту сторону, но продолжал стоять неподвижно, затаив дыхание. Вскоре к шороху прибавился и новый звук — Кулл отчетливо уловил какое-то тихое постукивание, на этот раз достаточно различимое, потому что Алый Страж, застывший наискосок от короля, тревожно посмотрел сначала в конец коридора, затем себе под ноги и, наконец, на Кулла.

Глазами показав ему направление, откуда исходили странные звуки, атлант перевел взгляд на двери королевских покоев, чтобы убедиться, что там все в порядке, и на мгновение замер, пораженный увиденным.

Прямо с потолка, зацепившись невероятно длинным хвостом за каменное изваяние древнего божества над самыми головами караульных, свисало странное человекоподобное существо, поросшее короткой темной шерстью. Качнувшись в сторону одного из стражей, оно протянуло к нему косматые руки с огромными мощными пальцами, намереваясь схватить часового за шею.

— Брул! — громовым голосом крикнул король. — Берегись!

В то же мгновение облаченный в доспехи Алого Стража пикт отскочил от стены и, выхватив меч, резко вскинул клинок, попав прямо в глаз отвратительному существу. Полузверь-получеловек взвыл от боли и попытался перебраться повыше, но в это время Келкор, тоже стоявший у дверей под видом часового, стремительным движением отсек неведомой твари хвост, и она с глухим стоном рухнула на каменные плиты пола.

Тут же вскочив на ноги, человек-обезьяна одним прыжком перескочил поверх склонившегося над ним Брула и что есть силы помчался по коридору. Атлант, к этому времени подбежавший почти к самым дверям покоев, бросился вдогонку и едва не настиг мохнатую тварь, но звероподобное существо вдруг резко развернулось, высоко подпрыгнуло и перелетело через голову ошеломленного короля.

Кулл в ярости зарычал и, повернувшись, вновь устремился за косматым противником, а тот, кубарем прокатившись по полу, метнулся под ноги в бежавшему навстречу Копьебою и сбил пикта с такой силой, что он врезался в древнюю кладку стены.

Хватка противника оказалась железной, и атлант от неожиданности едва не выронил клинок, но в последнее мгновение успел вонзить его в горло обезьяночеловека. Фонтаном брызнула кровь, сверкающий злобой глаз мохнатого существа закатился и остекленел, однако мощные руки продолжали сжимать шею атланта так, что Куллу пришлось приложить немало усилий, чтобы освободиться от страшной хватки мертвеца.

Выпрямившись, король быстро обвел взглядом воинов, стоявших вокруг него с обнаженными мечами.

— У него есть сообщник! Он к нам не один пожаловал! — тяжело дыша, воскликнул он. — Когда я стоял на посту, то слышал странные звуки, доносившиеся откуда-то из глубины коридора. Я уверен: таким образом второй мерзавец отвлекал внимание стражей, чтобы они не видели того, что должно было произойти у дверей опочивальни. Келкор! — атлант повернулся к командиру Алых Стражей. — Пусть твои воины прочешут все коридоры, внимательно осматривая потолки и стены. Эти твари, оказывается, передвигаются поверху!

Коротко кивнув, лемуриец направился с несколькими Алыми Стражами в один конец коридора, остальные воины, подчиняясь жесту командира, двинулись в противоположную сторону. У дверей королевских покоев остались только Кулл и пикт. Они вновь склонились над трупом обезьяночеловека, лежавшим на каменных плитах в луже густой темной крови. Лицо мертвеца казалось вполне человеческим, но крайне неприятным, уродливым и заросшим почти по самые глаза короткой темной шерстью. Тело имело пропорции скорее человека, а не зверя, но чрезвычайно длинные мохнатые руки выдавали принадлежность странного существа к обезьяньему племени.