Он посмотрел, как Синди торопливо зашагала к «поршу», и окликнул ее:

— Эй, ты куда?

— В машину.

— Садись в «роллс», — посоветовал Джон, и добавил: — Куку он больше не понадобится.

Он первым забрался на водительское сиденье, сбил крышку с рулевой колонки и завел машину, соединив провода напрямую.

Двигатель заурчал приглушенно и тихо, почти беззвучно.

Кук любил дорогие машины, а уж эта стоила своих денег.

Синди нырнула на соседнее сиденье и спокойно констатировала:

— Отличная тачка. Всю жизнь мечтала иметь такую.

— Пожалуйста, в чем же дело? — пожал плечами Джон.

«Корниш» плавно тронулся и, ускоряя ход, помчался прочь от мотеля.

Примерно милей позже им навстречу проехало несколько завывающих полицейских машин с включенными «маячками».

Метрикс усмехнулся. Ребятам придется повозиться, пока они установят личность убитого. Хорошо еще, что у них есть два свидетеля из соседнего номера. Если бы Джона задержали по обвинению в убийстве — эти двое смогли бы подтвердить факт самообороны.

Полицейские промчались мимо. Несколько секунд сине-красная пульсация света еще отражалась в лобовом стекле, а затем все исчезло.

Только вызывающий зубную боль заунывный вой сирен доносился до беглецов, сквозь шелест ветра.

— Нас поймают и посадят на электрический стул, — вдруг мрачно констатировала Синди.

— Не думаю, — покачал головой Джон. — Они не смогут найти нас в ближайшие сутки, а больше нам и не нужно. Но даже если что-то случится, ты — заложница, вот и все. Они ничего не смогут доказать.

— Как бы мне хотелось в это поверить, — вздохнула девушка.

Семь часов двадцать одна минута до…

…Керби, держа перед собой фотографию Кука, повернулся к коренастому капитану.

— Еще раз внимательно проверьте все данные на него. Контакты. Возможно, использование подставных имен. — Он снова вгляделся в лицо негра на карточке. — Этот парень слишком шикарно жил, для человека, вышедшего на пенсию. Он — «киллер», и убийство Лоусона, Форестона и Беннета, скорее всего, висит на нем. Тем не менее, он ни в чем не был замечен, полицией не задерживался, в декларации о доходах указывал такие суммы, что все голуби Вашингтона подохли бы со смеха, а жил, как Джон Пирпойнт. То, как проведены все три убийства, говорит о том, что он либо полный кретин, либо специально подставляется. Зачем? Убийцы-профессионалы — а он все-таки бывший «зеленый берет» — так не поступают. Значит, жил он не убийствами. Или мы о них не знаем. Кстати, подобный вариант я отметаю. Ребята, — Керби щелкнул ногтем по корешку папки, в которой было досье на Кука, — достающие эту информацию, свое дело знают. Кроме того, часть данных засекречена. Я хочу, чтобы эти материалы были доставлены мне немедленно.

— Хорошо, сэр, — капитан кивнул.

— Если возникнут проблемы, звоните мне, — Керби бросил карточку на стол. — Пусть парни из компьютерного центра проверят весь его круг общения. Весь за последние пятнадцать лет.

— Да, сэр, — капитан записал что-то в блокнот, который держал в руке в продолжение всего разговора с генералом.

— Как только получите эти данные, немедленно представьте их мне.

— Да, сэр. — повторил капитан.

Он понимал, что Керби не в духе. Да в общем-то и не удивлялся. Конечно, когда твой лучший человек пропадает непонятно куда, а у него в доме обнаруживают три трупа и столько пулевых отметин, что вилла выглядит, как решето, поневоле испортится настроение.

— Все. Я жду данных.

— Хорошо, сэр.

Капитан развернулся на каблуках и вышел.

А Керби, подойдя к окну, посмотрел на улицу.

Ветер гнал по небу легкие облака, и в свете луны они казались клочьями бело-желтой ваты. Над городом, особенно над центром, висело яркое веселое зарево. Генерал посмотрел на часы: 00:47.

Мда. Керби вздохнул. Прошло уже много времени. Очень много. То, что должно произойти, либо уже произошло, либо случится в самое ближайшее время. Зная Метрикса, он решил: скорее всего, Джона уже нет в живых. И дело вовсе не в том, что полковник не может постоять за себя. Просто, когда тебе в живот уставится двадцать стволов, можно быть уверенным — ты умер.

Керби вздохнул и вновь вернулся к столу.

Самое страшное: если верить содержащейся в досье информации, то Кук и де Лусиа вообще не могли быть знакомы между собой. Просто два, абсолютно незнакомых друг другу человека решили поразвлечься. Один убил троих «коммандос», а второй попытался убить командира этой троицы, но погиб сам.

Дерьмо собачье!

А вот раз это — дерьмо собачье, то, значит, существует какая-то информация, которой в досье нет.

О ней и беспокоился Керби. Кто-то не хочет, чтобы она появилась на свет. Возможно, там содержится какой-то компромат на сильных мира сего.

Генерал потер подбородок. Тогда понятно, почему сведения отсутствуют. Какая-то часть, наверняка, так и не будет найдена. Но, может быть, что-то удастся извлечь. Крупица правды в дерьмовой помойной яме, называемой «большая политика». Да, да, да. И нечего лицемерить. Как только работа соприкасается с политикой, тут же начинает вонять так, что впору заниматься дезинфекцией и вызывать дерьмовозов.