– Чё за хрень?! –в недоумении вопросил воровской вожак. –«Настоящим я, Лень Поползай, волостной голова Поползаевска ручаюсь за Пуста Чесотку перед почтенным Хохарем Ражим и коленопреклонённо умоляю принять в ватагу. Что свидетельствую собственноручной подписью и наложенными лично печатями». Сам, что ли, сляпал?

Пуст потупился в притворном смущении.

– Ай да, умелец, ай да искусник! –восхитился Хохарь. –От настоящей не отличишь! Печати! Подписи! А, к примеру, долговую расписку тоже можешь состряпать?

– Чернила, бумага, набор перьев и час в тихом светлом месте.

– Дарственную на дом?

– Часа три.

– Вот оно как… -задумался Хохарь. –Чего тянуть, вот немедля на деле и испытаем, каков ты поддельщик. Идём.

Он распахнул низенькую дверцу с полукруглым верхом в левой стене и, согнувшись в три погибели, вошёл туда.

– Башкой-то не бейся, без того найдётся кому расшибить. –заметил, не оборачиваясь, когда позади послышался глухой стук и злобное шипение Чесотки.

Они оказались в небольшой комнатке, почти полностью занятой столом, заваленным одинаковыми осьмушками плотной жёлтой бумаги. Там же стояли пузатая чернильница и латунный стакан с карандашами, ручками и перьями.

– Знаешь, что это такое?

Пуст повертел в руках бумажку.

– Такие, вроде, в ящики бросают на выборах. –неуверенно сказал он. –Ну, избирают всякие там городские и волостные думы, еще чего-нибудь…

– Совсем грамотный. –одобрительно заметил вожак воров. –Точно так, оно самое. Как видишь – бумажки чистые. А надо, чтобы две с половиной тысячи штук были заполнены вот по этому образцу. Чьё имя там вписано?

– «Почтенный Хохарь Ражий, предприни-матель и работодатель. «Единое Большерунье».. –прочёл Пуст.

– Вот и приступай, голубок.

6.

– «…ния хочу уведомить гаспод нодзе-рателей за общейственной нраственостью и верномыслием что учитель прошлознания наставник шестово уровня Бран в разговорах с нашими детьми равно как на занятиях допускает непаз-волительные выпады против нашева правительства, против державцев и милостивцев наших вабще и величайших Хоря и Зуда в, часности. Так напремер как сообщил мой сын этот с позваленья сказать учитель самнивался

1) в мудрости нашева правительства и «Единого Большерунья»

2) в братстве всех народов и плимён Большерунья

3) в идеалах свободы и народоправия.

Кроме тово он позволяет сибе лживо утверждать, что непадал в голодные обмороки в длинных ночных очиредях за сухарями, небыл постоянно мучаем в кровавых застенках Чёрного властелина и что сотни тысячь евоных равесников так же нипастрадали от ненависнова Чёрнова ига! Он утвирждает так же что воюя в Чёрной Рати не чуствовал что служит вековечьному злу против сил добра и света.

Вазможна ли описать какой врет наносит ни окрепшим детским душам клеветничиское злословье этово оборотня?! И ведь всё это Бран прекрывает лживыми призывами к ученикам само стоятельно раз мышлять надпрошлым и правельно оценевать настоящее!

Требую своим писмом праявить надлежасшую бдителность, разобратся в этом вопиющим бизобразии и наказат оборотня в шкуре учителя по всей строгасте нашево чирейсчур чиловеколюбиваво закона!

Приэтом мне каже…»

7.

– Пришли два предписания.
– ныла управительница обучалища №6 города Поползаевска, -Согласно первому в двухнедельный срок каждому учителю надлежит представить из соответствующих заведений заверенные письменные доказательства того, что поименованные преподаватели…

– Во даёт! –восхищённо пробормотала Веча. –ни разу не запнулась!

– … поименованные преподаватели: а – не болеют дурными болезнями, полученными путём разврата, бэ – не привлекались к суду за распутные действия по отношению к малолетним…

Веча изумленно ахнула.

…-к малолетним, вэ – не являются душевнобольными и не имели в своём роду душевнобольных до пятого колена…

Бран кивал в такт её речи, водя угольным карандашом по огрызку бумаги.

– …до пятого колена. Всё это делается в строгом соответствии с недавно принятым законом об ограждении учеников от учительского произвола.

– А учителей от произвола малолетних преступников ограждать будут? –вяло полюбопытствовал Бран. –В соседнем обучалище толпа обкуренных зверёнышей забила насмерть старую учительницу.