Вернувшись было в зал, я услышал стук во входную дверь. Причем не просто стук, а как будто в нее били чем-то мягким. Переглянувшись с генералом, я встал и подошел к двери, особо не беспокоясь, охрана внизу, нейтрализовать ее без шума не получиться, значит это кто-то свой.

Юра глянув в глазок, растерянно посмотрел на меня:

– Там Алевтина Анатольевна пришла!

– .. молочка принесла, - невольно скаламбурил я, и, задумавшись сказал:

– Вычислила все-таки.

– Она бьет нашего охранника!- сказал Юра, продолжая смотреть в глазок.

– Если не пропустим ее в квартиру, она может шум поднять, - сказал я, повернувшись к Гоголеву.

– Куда уж больше? Ладно, пусть заходит, попробуем просто поговорить.

– Пусти ее, все равно прорвется уж я то ее знаю, - сказал я Юре, и отошел в сторону спрятавшись за Карпова, который с интересом наблюдал за нами из зала.

– К вам гражданочка!- простонал охранник, держась за живот. Мою мать он знал, так как был оставлен на квартире для охраны, и конечно питался обедами что она приносила, так что пытаясь исполнять свой долг, он так же старался не повредить что-нибудь ей.

– Я знала, я надеялась что доживу до этого!- сразу же воскликнула она, врываясь в квартиру с сияющими глазами.

– Не зря я с биноклем четыре часа в кустах просидела, я все выложу что знаю о правительстве, и особенно о Думе. У меня все записано, - сразу же стала она говорить Гоголеву, который вытянувшись и сияя вычищенными пуговицами на кителе, слушал мою маму.

– Где ОН? Я хочу ЕГО видеть!- воскликнула она, осматриваясь. А так как дверь в спальню была закрыта, она попробовала протиснуться между нами, что бы добраться до нее.

Но у нее ничего не получилось, она отошла и вытянувшись кинула руку к голове и отрапортовала:

– Штатный негласный сотрудник Комитета государственной безопасности СССР Алевтина Анатольевна Демина, в девичестве Артемьева.

У меня со стуком упала челюсть на грудь, от такой новости.

– Что тут за шум, - вышел из спальни Берия.

– Ох, вернулся!- счастливо выдохнула мама.

Дальше я выбыл из действительности, пребывая в прострации, и в дальнейшем разговоре не участвовал.

– Ну нифигасе новости, во маман, ну разведчица, все то у нее ловко получалось, а тут вон оно как!

Развернувшись и не обращая на собеседников внимания, направился на кухню, где плюхнувшись на табурет налил из графина в стакан воду и отпив глоток стал обдумывать, что сейчас только что произошло.

Из состояния задумчивости вывел меня Юра, вылив на голову всю воду из графина.

Повернув голову, я несколько долгих секунд смотрел на него, после чего спокойно спросил:

– Ну и на хрена ты это сделал?

– Да у тебя был такой … эээ … ошарашенный вид, что я посчитал воспользоваться водой лучшим выходом.

– Мог бы и не пробовать, я нормальный.

– Ты сидишь не двигаясь, смотря в одну точку уже минут сорок, - спокойно ответил он, и обойдя натекшую из под меня лужу, сел на свободный табурет.

– Тесно тут у тебя, - сказал он осмотревшись.

– Шесть квадратов, что ты хочешь, планировка дома такова, - ответил я хмуро, взяв стакан с недопитой водой, посмотрел на нее, и несколькими глотками выпил.

– Мамка где?

– С товарищем наркомом в спальне сидят, уже минут тридцать пять о чем-то разговаривают.

– Понятно, … хи-хи, а я еще опасался что ее завербуют …. М-да, - хмыкнув, почесал я затылок.

Посмотрев на мокрую одежду, я сказал Юре что выйду на улицу подышать свежим воздухом да и подсохнуть. Свежей одежды у меня в доме не было, как раз увез все запасы нестиранного белья к матери.

Выйдя на площадку и меланхоличным взглядом посмотрев на слегка бледного охранника, стряхнув с волос воду, стал спускаться вниз.

– Жаль что не курю, сейчас бы было неплохо постоять подымить у подъезда, как это делают пара охранников у машин!

Прогулявшись до своего гаража, я присел на скамейку у кустов вишни, и посмотрев на солнце жарившее меня сверху спокойно осмотрелся.

Понятное дело что приехавшие такое количество здоровых парней, сразу же привлекло к себе внимание. Тем более у нас в поселке не часто встретишь в одном месте столько спортивного вида мужчин, вот пара бабенок и крутили задами неподалеку, стараясь привлечь к себе внимание, при этом злобно поглядывая друг на друга.